Любовь по соседству (ЛП)

Когда я, наконец, перестаю, то спрашиваю:

— Что это было, детка?

Из нее вырывается раздраженный вздох.

— Я устала от того, что они оберегают меня, как ребенка. Я знаю, что всегда буду ребенком для своей семьи, но это должно прекратиться. Чрезмерное покровительство. Как они нянькаются со мной. Это слишком. Я ненавижу это.

Кивая в согласии, я серьезно говорю:

— Ну, сейчас они понимают. Это точно. Хотя я думаю, что ты должна сказать что-то хотя бы Ашеру.— Я посмеиваюсь, вспоминания о его выражении лица. — Он выглядел действительно сбитым с толку.

Я имитирую его широко раскрытые глаза, пораженное выражение лица, и мы смеемся снова. Она тихо говорит:

— Ты зовешь его Ашер.

С легкой улыбкой она продолжает:

— Никто не зовет его Ашером, кроме мамы.

Я открываю рот, чтобы оправдать себя, но она перебивает меня тихим голосом:

— Это действительно круто.

И почему-то я знаю, что она сохранит мой секрет.

Вставая, я тяну ее за собой. Держа ее руку, говорю:

— Я бы хотела выпить. Пойдем.

Мы выходим из уборной и направляемся к бару.

Кто-то прочищает свое горло, и я поднимаю голову.

Нат стоит, улыбаясь, позади Изы, держа ее руку в знак поддержки. Иза говорит на входе в кабинку:

— Извините за ту сцену. Я извиняюсь за то, что почти испортила ваш отдых. — Она поворачивается ко мне, выглядя застенчивой. — Прости, Дух. Из всех свободных парней ты сидел ко мне ближе всех, и я решила подтвердить свою позицию.

Подарив ей маленькую улыбку и потирая затылок, я говорю:

— Ну, я думаю, ты точно показала им, что хотела, да?

Иза ослепительно улыбается мне, и я вижу, как Нат голову, когда ее тело трясётся в беззвучном смехе. Ник прочищает горло и говорит:

— Все в порядке, сладкая. Я знаю, что забыл, что ты сейчас уже женщина и, — его лицо светлеет, когда он продолжает: — я знаю, что ты больше не ребенок.

Макс стоит и окутывает Изу крепкими объятиями. Они обнимают друг друга, и какое-то время тихо разговаривают, и по тому, как оба улыбаются, я понимаю, что они все уладили.

Когда ребята занимают свои места, я беру колу. Делаю только глоток, когда Макс говорит:

— Эй, Дух, где Таша последние дни?

Я открываю рот, чтобы заговорить, и сглатываю в то же время. Давлюсь своим напитком, кашляю и плююсь. Немного колы попадает в нос, и, в конце концов, остатки оказываются на мне. Нат начинается смеяться, трясет своей головой, бормоча:

Взяв себя в руки, я прочищаю горло и говорю Максу:

— Я больше не вижусь с ней. — Я не знаю, с чего вдруг, но говорю дальше: — На самом деле, я встречаюсь кое с кем.

Когда я говорю это, я хочу, чтобы у меня был один из тех волшебных шаров, которые используют злодеи в старых фильмах. Вы помните? Те самые, которые создают огромное облако дыма, давая злодею время, чтобы исчезнуть.

Нат замирает сбоку от меня, и я вижу, что Иза широко улыбается.