Ловушка. Форс-мажор

Катя столь увлеченно рассматривала обложку, что Козырев не удержался и позднее, когда парень, поблагодарив, окончательно удалился, спросил:

– А что из музыки ты любишь?

И тут уже Катерина не ударила в грязь лицом. А ее «искусствоведческий» монолог оказался даже длиннее Пашиного.

– Если хочешь, можем когда-нибудь сходить в мой клуб, – под конец предложила она и тут же удивилась самой себе. О том, что в свое время она подрабатывала крутя диски на танцполах под ником DJ-MouseMouse, не знал даже Смолов. – Ты не думай, там не всегда шумно, и треки не голимая попса.

Со стороны было похоже, что она оправдывается перед Козыревым за столь гламурное предложение.

– Конечно, давай сходим при случае, – немедленно согласился Паша, который до сих пор был поклонником исключительно отечественного рока. Он украдкой посмотрел на Катерину и окончательно решил для себя, что пойдет куда угодно, хотя бы даже в это логово длинноногих блондинок и педиков, но лишь бы с ней.

Востроилова буквально зажмурилась от удовольствия. Ей вдруг захотелось показать Козыреву не только ту Катю, которая умеет справляться с паяльником и устанавливать радиозакладки, но и Катю другую – легкомысленную, ветреную.

Такую, какую не знал даже Виталий, стеснявшийся в ее присутствии говорить о том, что читает не Толстого с Коэлью, а книгу Малахова «Мои любимые блондинки».

– Слушай, Кать. Погода хоть и не фонтан, но, может, прогуляемся немного? – попросил Паша и легонько коснулся пальцами ее руки.

Это прикосновение смутило ее и понравилось одновременно. Востроилова просто кивнула, и уже через пару минут, не сговариваясь, они двинули к Петропавловке.

Здесь, как дети малые, они повеселились на коленях у шемякинского Петра, затем попрятались друг от друга в колоннах Кунсткамеры, посмеялись над тем, что факультет журналистики, по слухам, расположен в здании, в котором раньше столовался публичный дом, погрелись в бистро, потряслись на трамвайчике до Смоленского кладбища, покружили у часовенки Ксении Блаженной…

До «Приморской» Катя и Паша дошли уже взявшись за руки. Они еще немного попровожали друг друга на пересадочной «Маяковской», после чего Катя вскочила в закрывающиеся двери вагона, успев в самую последнюю секунду что-то сунуть ему в руку.

Когда электропоезд скрылся в тоннеле, Козырев раскрыл ладонь и увидел, что это смятая пустая сигаретная пачка из-под «Вога», на которой шариковой ручкой было выведено:

«Мог бы и сам догадаться, кавалер! Запиши, а то потеряешь: 8-911-238-94-** К».

И когда это она успела?

Можно решать жутко важные дела всю жизнь и на старости лет есть сухой хлеб, на который так легко мажутся ваши бывшие заслуги.