Ловушка. Форс-мажор

– Так поспешай же, мой рыцарь, – имитируя пафос, вскричала Катя, радуясь в душе тому, что ее нехитрая провокация удалась. Вот уж воистину: чего хочет женщина в подпитии, того обязан хотеть и ее кавалер. Иначе – вилы.

Козырев добрался до «Моря» минут за двадцать-двадцать пять. По нашим временам иные частники с ярко выраженной кавказской внешностью могут доставить пылкого влюбленного до нужного места гораздо быстрее, нежели мифические крылья любви.

Он поднялся на веранду под звуки тошнотворного хита «фабриканта» Тимати и скривился еще больше, узрев Катерину пьющей вино в компании двух кексов явно «педерастической» наружности.

Впрочем, Востроилова, едва завидев Пашу, тут же отмахнулась от назойливых собеседников и с радостной улыбкой подалась навстречу. Улыбка и радость были абсолютно искренними, так что Козырев сразу оттаял. Как когда-то утверждала ныне престарелая примадонна: «За это можно все отдать».

– Привет! Молодчина, быстро добрался. Честно говоря, даже не ожидала. Думала: ну, сейчас позвонит, изобретет какую-нибудь уважительную причину и отмажется. По крайней мере, лично я, на твоем месте, так бы и поступила.

И поделом, не фиг.

– Пусть лучше каждый будет на своем месте, – не оценил ее откровенности Паша. – Эти двое, что ли, тебя домогаются?

– Да ты что! – рассмеялась Востроилова. – Это же Яша и Маша. Не слыхал про таких? Они одними из первых в Питере зарегистрировали свой однополый брак.

– А здесь есть где руки помыть? – буркнул Козырев. – Тебе, кстати, тоже бы не помешало. Я видел, как этот, который Маша, тебя лимоном угощал.

– О-о, сразу и набычился, лыцарь. Не бойся, эта зараза с микробами не передается. И в качестве доказательства я тебя поцелую… Ну что, убедился?… А теперь пойдем, я тебя народу представлю.

Только давай сразу договоримся: если что-то будет не в кайф, все же постарайся сразу не лезть в бутылку. Лучше промолчи. Все равно никто ни черта не поймет, а осадок останется.

– Что ж мне, как Кисе Воробьянинову, щеки надувать?

– Классная идея. А вот когда ты начнешь причитать «да уж…», я буду знать, что все, пора Фокса с кичи вынимать. Или обновить бокалы.

– Второе предпочтительнее. Я смотрю, люди кругом уже вмазанные по самое некуда.

Даже… – Здесь Паша невольно запнулся.

– Что же это вы, господин «грузчик»? Сказали «а», говорите и «б»… Ну да, выпила чутка, в конце концов, девочка взрослая. Да и отчет с утра опять же спихнули. Или тебе больше скромницы нравятся? Так ты давай без этих, без экивоков, прямо так и скажи. Помню, как нас в школьные годы наставляли: мол, поцеловать курящую (про пьющую тогда даже и подумать боялись) женщину – это все равно что облизать пепельницу.

– Мне всякие нравятся, – стушевался Козырев.

– Вот и славно.