Ловушка. Форс-мажор
В конце концов, Полина бросила это бесполезное занятие. Она еще немного посидела в машине с включенным кондиционером и направилась в кафе. В отличие от простых смертных, Ольховская могла позволить себе такую роскошь, как не ставить машину на сигналку. Было кому присмотреть.
Заведение, в которое занесло Полину, оказалось не из простых. Годика полтора назад она бы всяко миновала его с гордым видом, поскольку жаба, бросив лишь беглый взгляд на здешний ценник, задушила бы однозначно. Внутренний интерьер почему-то показался знакомым. И все то время, пока она ждала степенного официанта с заказом, Полина развлекала ум ловлей воспоминаний.
Отныне свою жизнь Полина строго делила на «до Ладонина» и «после».
«Интересно, когда и с чего вдруг я стала задумываться о том, что оно, это самое „после“, когда-то может произойти?… Идиотка! Нерпа глупая! Ну и чего тебе, дуре, не хватает?!»
Разозлившись на себя, она нервно схватила чашку, которую бесшумно принес молчаливый официант. Сделала большой глоток, больно обожгла губы и закашлялась. «Квартира, дом, машины, шмотки, заграница, персональный счет в банке… Перечислять дальше? Рядом мужик, который тебя обожает.
Внутренний голос немедленно зацепился за глагол «обожает». А, собственно, так ли она уверена в том, что Игорь до сих пор ее «обожает»?… Хотя бы перед собой, Полина Валерьевна, следует быть честной: если и «обожает», то уж всяко не так, как это было на заре вашего романа.
Да, когда-то случился в ее жизни обувной бутик, в котором она впервые, вкупе с новыми туфлями, примерила на себя роль Золушки. Собственно, с этого дня в их отношениях все и началось. Прогулки – пешие и на авто, по воде и даже по воздуху. Цветы – море, океаны цветов. Дорогие рестораны и еще более дорогие подарки. И, конечно же, объятия, поцелуи – страстные, до одури, взасос. На улице, в машине, в подъезде, в лифте – когда просто нет никаких сил и терпения дождаться абсолютного уединения.
















