Ловушка. Форс-мажор

Накануне Саныч строго-настрого запретил всем даже просто появляться в радиусе километра вокруг «Волны». Меж тем Полина Валерьевна самым решительным тоном заявила, что лично она сегодня будет обедать в соседней «Якитории». И если Сева дрейфит ослушаться начальства, то она благородно освобождает его от сопровождения на Петровскую набережную. В таком случае функции по ее физзащите возьмет на себя Иван Лямин. С которым, собственно, Полина Валерьевна и собирается отобедать.

Поскольку своим субтильным телосложением Лямка доверия, мягко говоря, не внушал, Севе невольно пришлось вписаться в авантюру. Единственное, что он сумел выторговать для себя в этой ситуации, так это место за рулем машины Ольховской. Ибо одна тачка – это все-таки одна тачка. А две – уже эскорт. Который всегда привлекает внимание.

В легком приталенном платье с глубоким овальным вырезом на спине, Ольховская вызвала средь вкушающих японскую трапезу немногочисленных посетителей террасы немалую ажитацию. На ее фоне бесцветно и дешево одетый Лямка ну никак не тянул на кавалера. Максимум – на приехавшего из глухой провинции и выведенного в свет дальнего родственника. Кстати сказать, именно так идентифицировал подъехавшую парочку и Стас Стуруа, который уже минут пятнадцать как протирал джинсы на лавочке в скверике императорского домика-музея, кося под истоптавшего ноги интуриста. Для пущей наглядности мистер Серый даже снял мокасины, демонстрируя подкармливающим голубей сердобольным старушкам свои грязные пальцы. Для довершения образа на шее у него болтался дешевый фотоаппарат-мыльница.

Заказ у ребят приняли быстро – по случаю установившейся жары народ предпочитал укрываться в спасительной прохладе оснащенного кондиционерами ресторана. Так что на улице оставались лишь немногочисленные, наиболее жароустойчивые граждане. Плюс Иван с Полиной, которым из-под не спасающего от солнца зонтика, расписанного причудливыми, но бессодержательными иероглифами, поляну перед «Волной» было видно, как на ладони.

Загримированная под японочку таджикская гастарбайтерша в кимоно принесла тирамису, пасты, ролы и рыбу на пару. Непривычный к палочкам Лямка, стыдливо прикрываясь левой рукой и улучив подходящие моменты, закидывал в рот кусочки морепродуктов свободной правой. В общем, «провинциал» из него получался мировой.

В 14:30 у дверей «Волны», всхлипнув тормозами, остановилась синяя «Вольво» с тонированными стеклами. Из салона выгрузились три абрека в неброских темных костюмах и в белых сорочках с расстегнутым воротом. Общее безукоризненно-стильное впечатление смазывалось по-идиотски выпирающими узлами повязанных на шее шелковых платков.

– Никак «карзоевские» подкатили? – полушепотом спросил Лямка.