Лучшая мама для нового мира!

Как же мне уже это знакомо: и сирена, и аварийное мигание - больше не хочу! Моя персона не осталась не замеченной, и Ильсур, подойдя ко мне, молча усадил на место второго помощника, пристегнув к креслу всевозможными ремнями безопасности. Окружающие нас мужчины, несмотря на всеобщее напряжение и тревогу, смогли найти в себе желание и силы подбодрить меня улыбками и веселым подмигиванием, и с пониманием отнеслись к тому, что меня практически привязали к этому креслу, что меня немного удивило и еще больше встревожило.

- Что случилось, мне кто-нибудь скажет?

Мой вопрос остался без ответа, потому что в этот момент корабль тряхнуло, но благодаря энергощитам, не сильно и без особых повреждений. Ильсур смог удержаться на ногах и, наконец, озвучил мои самые большие страхи.

- Мы, похоже, попали в ловушку, расставленную для гарриранцев. Судя по нашим данным и кораблям, это Земная Федерация. Они всерьез решились на открытые военные действия. Мы все еще в пределах границ Гаррирана, поэтому другой причины для такого количества военных кораблей Земли на чужой территории я не вижу. Не хочу тебя пугать, малышка, но нам придется туго сейчас. На наши запросы они не отвечают и предпринимают все шаги, чтобы перекрыть нам пути отступления и уничтожить.

Ильсур нахмурился, минуту продумывая дальнейший разговор со мной, и в этот момент высказался командир штурмовой группы Диман Лор, обладавший фигурой еще более внушительной и широкой, чем у Тарсу, и сейчас даже сплюнул от презрения к врагам.

- Клянусь Кардалем! Земляне, что с них взять?!! Они даже не думают, что теперь в открытую войну вступим и мы. И тогда мы их где-нибудь либо закопаем, либо просто распылим на электроны. Кретины! Ничему их жизнь не учит!

Его слова опровергли несколько чувствительных ударов по корпусу корабля. Поэтому на разговоры времени больше не осталось. Я сидела как мышка, стараясь даже лишними движениями не отвлекать экипаж от нашего спасения. Было страшно и горько от того, что я только начала новую жизнь, нашла мужчину, которого боготворю и люблю. В том что люблю Ильсура больше не сомневалась, даже в при таких обстоятельствах с неистребимым восхищением наблюдала за ним. Как он сидит в кресле капитана, опершись на локоть, лежащий на подлокотнике, и всем своим видом говорит, что волноваться нет причин, вселяя этим уверенность не только в меня, но и своих подчиненных. Как спокойно и четко отдает приказы. С каким гениальным изяществом обходит различные ловушки, которые нам пытались устроить бывшие соплеменники. Именно сейчас я осознала, почему они так усердно придерживаются разделения на касты.