Лучше бы измена (СИ)

Вова переменился в лице, кинув на меня злой взгляд.

Манипуляция с деньгами вновь сработала безупречно. Взбрыкнувшего пони хворостиной загнали обратно в стойло…

– Мам, Маша сейчас же извинится перед тобой. Она была неправа.

Что-то сама Маша в этом ой как не уверена.

Повисла пауза. Людмила Ивановна с выражением крайней обиды на лице, смотрела на меня, действительно ожидая, что я начну каяться в грехах только из-за того, что меня назвали стервой. Или потому что я, как и Вова, сразу же замолчу, лишь бы получить часть ее денег?..

Да зачем они мне? Особенно такой ценой.

Раньше я меняла свое молчание вовсе не на деньги, а на мир в семье. Я была уверена, что пусть я молчала, но Вова все равно знал, что я хочу сказать. Вот только теперь я засомневалась.

– А кто извинится передо мной? – поинтересовалась я, повернувшись к мужу, и решила выбрать самую «простую» из моих претензий. – Разве я, после работы не хотела оказаться в теплом семейном кругу? Разве я хотела, чтобы кто-то обсуждал мою фигуру и говорил про диеты?..

– Маша! Я, вообще-то, о тебе заботилась! – возмущенно произнесла она, а я решила, раз уж начала показывать «зубы», то глупо будет останавливаться в самом начале…

– Если я при встрече с вами начну говорить, что знаю чудесный магазин с модной одеждой вашего размера, и вам обязательно нужно туда заглянуть. Если посмотрю на вас и начну говорить, что знакома с отличным стоматологом, который быстро и качественно вылечит вам зубы. Или, вдруг, заговорю об оттенках краски для волос, которая не будет прибавлять вам возраста… Все это будет считаться заботой. Но вам будет приятно это слышать?

Людмила Ивановна смотрела на меня расширившимися от изумления глазами.

– Маша… – практически выдохнула она и тут же прикрыла рот ладонью.

Кажется, впервые за все время нашего знакомства ей нечего было мне сказать.

– Я сказала это все только ради примера, – предупредила я, начиная сомневаться, не перегнула ли я палку. – Но все же, Людмила Ивановна, разве вам не приятна была бы такая забота с моей стороны?

Свекровь ничего не отвечая, повернулась к моему мужу.

– Вовочка… – произнесла она жалобно, не отрывая руки ото рта.

Муж прикрыл глаза, сжав зубы с такой силой, что проступили желваки.

– Вовочка, скажи что-нибудь… – протянула моя свекровь.

Голос ее дрогнул, а в глазах ее мелькнули слезы.

Вот от кого я точно не ожидала слез, так это от нее… Но я ведь ничего не…

– Дрянь, – тихим угрожающим голосом произнес вдруг муж. – Живо извинилась перед моей матерью.

Вова смотрел исподлобья, громко и часто дыша, и напоминал мне о быке, который вот-вот броситься.

– Нет. Не буду, – так же тихо ответила я, хотя внутри что-то дрогнуло, предлагая сдаться. – Я всего лишь привела пример.