Магическая Москва

Вдалеке показался узкий мост, за которым стоял кто-то в черной одежде. Человек увидел ее – и, прихрамывая, бросился бежать.

Невидимый, Павел ломанулся между кустами с треском и руганью. Прогрохотал по железному мосту, на ходу возвращая себе привычные очертания и выкрикивая приказ остановиться, и продолжил погоню.

Инга с сомнением последовала за магом. Он говорил, что сам задержит Ноля. Да и вроде как убежал далеко…

У типа в черном имелась немалая фора, пусть и бежал он неровно, хромая. Бежал, бежал, и… сбросив куртку, нырнул в воду. Поплыл к другому берегу, причем поплыл с весьма и весьма хорошей скоростью. И выбрал ведь самое узкое место, и, кажется, на том берегу стояло что-то, похожее на самокат…

Инга с удивлением наблюдала за тем, как Павел, выбежав к кромке воды и еще раз попытавшись словами остановить «пловца», бросил в него что-то широким жестом, не возымевшим никакого эффекта. Маг выругался, взмахом руки призвал к себе валяющееся на берегу бревно и принялся окутывать его ярким светом.

Когда человек в черном преодолел большую часть пути до другого берега, маг новым взмахом руки бросил бревно в воду, встал на него и, вытянув ладонь вперед, поплыл. Фора между ним и беглецом сокращалась, но медленно – магическое «плавсредство» скоростью похвастаться не могло.

– Вовек такого не забуду, – раздался за спиной голос Толика.

Инга повернулась и увидела приближающегося приятеля, шедшего по узкой тропинке откуда-то из глубины парка.

– И это вместо приветствия… – усмехнулся Толик. – Пошли в усадьбу. Ноль займет мага, но ненадолго, а я попробую рассказать тебе, зачем это устроил.

– Что, думаешь, я собираюсь тебя в жертву принести, а?

Не собирался, эмпат это слышала, и вместо ответа протянула приятелю деньги.

– Ладно, уговорила, – Толик без восторга забрал аванс за неслучившуюся работу.

Инга изучала приятеля. Почти такой же, каким был в ресторане, только уставший. Осунулся, щетина, под глазами тени… Уставший и словно бы сожалеющий о чем-то.

Толик посмотрел на нее, и, неопределенно покачав головой, направился по дорожке туда, где за деревьями виднелось что-то белое.

– Ты прости меня, что я тебя в это дерьмо втравил, а?

Инга дернула плечом. Нашел, о чем говорить… Вместо ответа она поинтересовалась:

– Не знаю, – честно признался приятель, – но просто расскажу, что хотел, и уйду. Прости. Я хотел как лучше, а… Получилось, что получилось.

– И теперь, после смерти Антона Сергеевича, ты работаешь на его убийц? – Инга пошла напролом.

– А ты многое знаешь. Впрочем, ты ведь работаешь на Особый отдел, а не старушку-отельершу, разве нет? Ноль видел тебя там.

– Лучше ты правду скажи.

– У меня не было выбора. И, знаешь, черт со всем этим, моя жизнь ломаного гроша не стоит. Но мелкую жалко.