(Не) мой мужчина

В кабинете витает запах секса, настолько явный, что любой, кто сюда войдёт, сразу поймёт, что здесь происходило десять минут назад.

Сегодня улечу в Цюрих на конференцию, не могу не лететь, я там обязан быть. Четыре дня её не увижу, вернусь только в пятницу, плюс выходные, а значит, не видеть её шесть дней до понедельника.

Целых шесть."

"А вот Алиса, скорее, обрадуется. Чёртов босс не будет приставать и придираться, кричать и кидаться распоряжениями.

Хотя я сейчас доволен, как слон, и мне совершенно не хочется на кого-то рычать, а кричать тем более.

Наконец привожу себя в порядок, насколько это возможно. Рабочий день, можно сказать, только начался, так что посетители будут. Главное, не улыбаться, как идиот. В остальном всё как обычно.

Но теперь меня съедают вопросы: Алиса согласилась на секс снова, потому что сама этого хотела или просто потому, что я её босс и у неё не было выбора?

Алиса

Выхожу на негнущихся ногах из кабинета Артова и оседаю в рабочее кресло.

Чё-ё-ё-ёрт!

Снова. Я понимаю позавчера: ночной клуб, алкоголь и гормоны в крови. Но сегодня? Прямо с утра. Прямо у него на рабочем столе.

Вчера весь день думала о том, как теперь разговаривать с боссом и соблюдать дистанцию в офисе. Даже представляла, как он мне скажет: «Алиса Витальевна, наш секс в клубе был большой ошибкой».

Не сказал.

Пришёл на работу, как обычно, поздоровавшись с порога и назвав меня по имени-отчеству, что всегда означало – босс в отличном настроении, а значит, мы имеем дело с пунктом первым, когда весь офис в экстазе от милого и доброго Артова.

Но Бутов, пробыв в кабинете босса пятнадцать минут, словно наизнанку начальника вывернул, кардинально изменив его настрой. Вылетел из кабинета, будто нашкодивший ребёнок.

А распоряжение это про красную помаду? И чем ему помада моя помешала, интересно? Пять месяцев внимания не обращал, а тут прострелило озарение.

Я вскипела за секунду. Злость вперемешку с возбуждением захлестнула настолько быстро, что я даже не заметила, как с моих губ слетело предложение слизать эту самую помаду языком босса.

Он всё ещё чудовище, часто злобное и агрессивное, ворчливое и страшное. Но после того, как я попробовала его, моё тело независимо от моего желания стало реагировать на босса совершенно не так, как раньше.

Будто своей жизнью живёт, тянется за вибрациями голоса Артова, подчиняется ему, откликается мгновенным согласием. Я возбудилась за считанные секунды, ещё через столько же – насквозь мокрая предлагала боссу облизать мои губы.

И он их облизал, а я просила ещё и ещё. Будто и я не я, и тело не моё. Сейчас гортанный бас Артова не пугал, скорее, наоборот – лился приятной музыкой, окутывая теплом.

Ещё месяц назад, если бы кто-нибудь мне сказал, что я буду наслаждаться его голосом, покрутила бы пальцем у виска.