Магический ожог

— Здесь мы передохнем немного.

— Я могу идти дальше.

— О, я уверена, что ты можешь. Однако Осиное Гнездо не самое радужное место. Возможно, кто-то уже знает, что мы находимся здесь, и приготовил дружелюбную встречу.

— О, черт! Они бросят нам вызов! — она плюхнулась в грязь.

Хех. Я присела рядом с ней.

— Ты часом не оттуда?

Она покачала головой.

— Нет. Я с Уайт-стрит.

Уайт-стрит получил свое название во время снегопадов четырнадцатого года, которые не таяли в течении трех с половиной лет. Когда на улице сугробы высотой в три дюйма при жаре в тридцать восемь градусов, понятно, что без магии здесь не обошлось. Любой мог сделать это.

— Тринадцать. Я только два года болею за Красных.

Глядя на нее, я бы дала не больше одиннадцати.

— Сколько лет твоей матери и как она выглядит?

— Ей 35. Она как я, только старше. У меня есть фотография дома.

— Тебе известно что-нибудь о ковене? Кому они поклоняются? Какого рода ритуалы используют?

Джули пожала плечами. Ущелье перед нами простиралось вдаль, вздыбив свои ржавые железные шипы. Тонкие клубы тумана цеплялись за крутой склон. Грозный рык эхом разнесся по округе. Но он был слишком далеко, чтобы представлять угрозу. Стемфалийские птицы ответили криком.

— Ты знаешь, что у этих птиц металлическое оперение? — поинтересовалась Джули.

— Они родом из Греции. Ты знаешь, кем был Геркулес?

— Да, самым сильным мужчиной.

— Когда он был молод, ему пришлось пройти двенадцать испытаний.

— Однажды мачеха наслала на него безумия, под действием которого он убил свою семью, и в искупление должен был служить королю. А тот очень сильно желал смерти мужчины, поэтому придумывал все больше и больше заданий для Геркулеса. В общем, Стемфалийские птицы были одним из них. Их крылья подобны стрелам, а клювы могут пробить даже самую крепкую броню. Он должен был отогнать их от озера.

Девочка пристально посмотрела на меня:

— И как он это сделал?

— Боги создали для него кроталы. Он облачился в неуязвимую шкуру льва и шумел, пока птицы не улетели.

— Почему в подобных историях боги вечно вытаскивают чью-либо задницу из неприятностей?

Я поднялась с земли.

— Они помогают, только в том случае, если твой папаша — главный среди богов Олимпа. Пойдем. Нам нужно взбираться наверх дальше, поскольку твой отец богом не является, не так ли?

— Мне жаль. Мой отец тоже умер. Давай, кузнечик, поднимайся, можешь как раз отработать свое кун-фу, чтобы оно не было таким жалким.

Она храбро смяла первую попавшуюся жестяную банку.

— Ты такая странная.

Магия ждала, словно зная. Я могла бы достойно ответить ей, не почувствовав особого вреда. Разлом Осиного Гнезда не мог коснуться меня, но все равно пытался, что ужасно мне не нравилось. Чем быстрее я свалю отсюда, тем лучше.