Не пара

ЗНАЮ! Так расслышал? А угроз я твоих не боюсь, и Насте с Катей ты ничего не сделаешь. Думаешь, если богатый, можно над людьми измываться? Что тебе надо от моей девочки?

— Мария Алексеевна, Катя моя дочь и я имею право видеть ее, воспитывать, поддерживать, и, в конце концов, я хочу это делать!

— Ах, про права вспомнил??? А где ты был, когда ее твой отец прессовал? Где ты был, когда восемнадцатилетняя девчонка укатила через пол страны одна и одна выживала там, рожала и растила твоего ребенка?

— Но ведь Вы сами не сказали мне, куда она поехала, а про ребенка я не знал!!! — заорал Влад.

 — А сейчас я знаю, что у меня есть дочь и добьюсь признания отцовства и мне плевать, понравится это вам с Асей или нет.

— Хотел бы — нашел, с твоими возможностями это было достаточно просто. Настя не пряталась, регулярно звонила мне, письма присылала, но ты просто из головы ее выкинул. А теперь надо же — права у него! Уходи, Морозов.

— Мария Алексеевна, как Вы не поймете, я уже не тот, что семь лет назад и теперь не отступлюсь. Я хотел все по-хорошему, а теперь найду и просто заберу дочь.

— Какая же ты сволочь, Морозов! Люди для тебя — как вещи, как игрушки, ты никого не слышишь, ни о ком не думаешь, кроме себя и своих желаний.

Дочь тебе нужна? Врешь, просто хочешь Насте сделать больно, на ребенка тебе плевать. Только попробуй, тронь их, мне терять нечего.

Влад даже попятился, когда женщина пошла на него, прожигая ненавидящим взглядом.

— А то, что Ася мне нравится, что я очень хочу быть с ними вместе, — Вы не предполагаете? — горько сказал Влад. — Что я все это время только о них и думаю?

— Какое же у тебя изуродованное представление о женщинах и чувствах! По-твоему, если ты заявил, что она тебе нравится, Настя должна сразу бежать и со всем соглашаться? Говоришь, что хочешь быть вместе, а сам угрожаешь отобрать ребенка? Думаешь, угрозы — это лучший способ пробудить в женщине ответные чувства? Хотя, кое-какие чувства пробудить этим методом можно.

Например, ненависть и презрение, а еще страх. Ты этого добиваешься?

— Мария Алексеевна, я…

— Не перебивай! Я долго молчала, сейчас все скажу. Что ты сделал моей девочке, что она в среду как от тебя вернулась, на два часа в ванной заперлась, а потом вышла оттуда с пустыми глазами? Почему мою дочь уволили с работы, как только ты появился? Из-за чего ей пришлось опять срываться с места и уезжать в никуда, без денег, без поддержки, в чужой город, к чужим людям?

— Мария Алексеевна, я, правда, не хотел, чтобы Ася срывалась и уезжала одна.

Я собирался забрать их с собой и жить вместе с ними!

— Ты не заслуживаешь такой женщины, как Ася и такой дочери, как Катя. Лучшее, что ты можешь для них сделать — забыть, оставить их в покое, позволить им жить нормальной жизнью. Не шарахаясь от каждого звонка.