Меч Лета

Я очень надеялся, что Рэндольф мне возразит: «Перестань пороть чушь. Конечно же, нет!»

Но он вдруг начал стареть у меня на глазах. Морщины сделались четче и потемнели, спина ссутулилась. И, тяжело навалившись всем телом на трость, он с мольбою забормотал:

– Пожалуйста, только не снова. Только не как в прошлый раз.

– В прошлый раз? – вырвалось у меня, но я тут же сообразил, о чем он: шторм среди ясного неба, огонь…

Рэндольф уставился мне в глаза.

– Попытайся еще раз, Магнус. Пожалуйста.

Я протянул руку к реке, весь в мыслях, будто вытягиваю из прошлого маму, чтобы спасти ее от волков и горящей квартиры. В тот момент, когда у меня в голове вдруг забрезжило, почему я лишился ее и жизнь моя с той поры дунула по наклонной плоскости, вода подо мной вдруг вскипела.

Снег растаял. Лед испарился. На его месте образовалось отверстие в форме руки. Моей руки, только раз в двадцать больше. Я понятия не имел, как это у меня вышло. Ровно такое же ощущение я испытывал, когда мама учила меня кататься на велике:

– Не думай о том, что делаешь, Магнус. И не сомневайся. Просто крути педали. Иначе свалишься.

Я подвигал рукой взад-вперед. Ста футами ниже дымящаяся рука в точности повторила мои движения, расчищая поверхность воды ото льда. Я прекратил движение. В середину ладони ударило жаркой волной, будто мне удалось поймать луч солнца.

Там, внизу, из немыслимой глубины и ила, ко мне устремлялся источник тепла.

Я сжал со всей силы пальцы и потянул на себя. На воде, как огромный мыльный пузырь, вздулся купол и лопнул. Вверх взмыло что-то похожее на железную трубу, и миг спустя я держал ее крепко сжатыми пальцами.

Эта штука ничем не напоминала мне меч. Ни эфеса, ни рукояти. Размером она, пожалуй, и впрямь соответствовала клинку, но была так изъедена ржавчиной, облеплена ракушками и покрыта блестевшим на солнце илом, что я даже затруднялся определить, металлическая ли она. А если и так, то пальцы мои сжимали самый жалкий, хлипкий и отвратительный экземпляр металлолома, который мне доводилось когда-нибудь извлекать мистическим способом со дна реки.

– Наконец-то! – выдохнул Рэндольф, воздев глаза к небесам.

У меня возникло сильное подозрение, что, будь у него здоровой нога, он бухнулся бы сейчас на колени, вознося молитву несуществующим древнескандинавским богам.

– Да уж, – потряс я своей добычей в воздухе. – Вот прямо чувствую, как мне теперь безопасно.

– Но ты ведь в силах его обновить, – сказал Рэндольф. – Давай-ка, попробуй.

Я повертел клинок в разные стороны, удивляясь, как он вообще до сих пор еще не рассыпался в моих руках.

– Ну уж не знаю, Рэндольф. По-моему, время, когда эту штуку было возможно хоть как-нибудь подновить, давно позади. Я даже не уверен, что есть смысл пустить ее на переработку.