Меч Лета

Едва драккар гнусных гномов с нами на борту вышел из гавани, вода стала темнее чернил кальмара, а береговую линию Бостона накрыла завеса снежной мглы, стерев с нее все черты современности. Вероятно, такой, как мы видели ее сейчас с палубы, она предстала тысячу лет назад вошедшему на своем драккаре в реку Чарльз потомку Скирнира.

Центр города уменьшался до нескольких серых холмов, взлетно-посадочные полосы аэропорта Логан затянуло ледяной коркой, плавающей по воде, а острова поднимались и падали, словно прерывистые картинки на бракованном видеоролике, в разрывах между которыми пролегали тысячелетия.

Мне вдруг стало казаться, что это скорей пейзаж не из прошлого, а из будущего. Наверное, именно такой облик приобретет Бостон после Рагнарока. Но я предпочел не делиться своими соображениями на сей счет с друзьями.

Навесной мотор на драккаре производил в тишине залива просто-таки неприличный шум. Он гремел, рычал, громко плевался выхлопом, будто поставил перед собою цель оповестить всех монстров в радиусе пяти миль, где нас можно найти.

Фьялар, расположившийся на носу судна, то и дело громко выкрикивал брату:

– Камни по левому борту! Айсберг по правому! Кракен на два часа!

Я пытался казаться спокойным, но нервы мои были на пределе. Сурт обещал мне, что этой ночью мы встретимся и он сожжет меня вместе с друзьями заживо и пламя от нас уничтожит Девять Миров. Но еще больший ужас испытывал я от того, что вот-вот встречусь с Волком. При одной мысли об этом из глубины моего подсознания поднимался таящийся там вот уж два года кошмар, заполнявший всего меня черной мглой, в которой мелькали звериные оскалы, белые клыки и голубые глаза.

Сэм сидела рядом со мной, демонстративно держа на коленях топор, чтобы его могли видеть гномы. Блитц неустанно теребил свой широкий галстук, будто рассчитывая таким образом устрашить двух братьев-убийц, а Хэрт отрабатывал что-то магическое, заставляя свой новый посох то исчезать, то вновь появляться. Когда трюк совершался правильно, посох, возникнув из пустоты, влетал ему прямиком в руку, при допущенной же ошибке ударял его в бок, а однажды пришелся мне по затылку.

Так вот мы несколько часов подряд и развлекались, а потом драккар вдруг сотряс поток перпендикулярного течения.

– Теперь уже близко, – объявил находящийся на носу Фьялар. – Зашли в Амсвартнир. Это Очень Черный Залив.

– И с чего, интересно, его так назвали? – хихикнул я, уставившись на чернильного цвета волны.

Небо расчистилось от облаков. На его густой черни, без единой звезды, засияла серебряная луна, свет которой, смешавшись с туманом, тускло высветил линию берега. В жизни еще лунный свет не вызывал во мне такой ненависти.

– Лингви, – послышался с носа голос Фьялара. – Остров Вереска и тюрьма волка.