Меч Лета

Едва дверь за нами закрылась, моя спутница сунула один из ключей со связки в скважину на панели управления, коснулась кнопки с красной руной, и кабина поехала вниз.

– Мы с тобой попадем в обеденный зал до того, как туда начнут запускать остальных через главные двери. Так что у тебя будет время немного освоиться и оглядеться.

Откуда-то сверху полилась хорошо мне знакомая песня, но пели ее по-норвежски.

«Вот повезло тебе, Магнус, – отметил я про себя. – Добро пожаловать в рай для воинов, где можно слушать до посинения Фрэнка Синатру в скандинавском варианте!»

– На девятнадцатом этаже все почему-то с виду моего возраста, – медленно начал я, стараясь задать вопрос так, чтобы Сэм снова не принялась за мое удушение. – То есть нашего с тобой возраста, – поправился я. – Выходит, в Вальгаллу берут только тех, кому меньше девятнадцати лет?

Самира мотнула головой.

– Нет, просто эйнхериев группируют по возрастам, которых они достигли на момент смерти. Ты попал в самую младшую группу. Это покойники до девятнадцати лет. Во второй группе – взрослые. В третьей – старики. Но ты с ними пересекаться не будешь, и это к лучшему. Взрослые… Ну, в общем, они молодых всерьез не воспринимают. Даже тех, которые здесь живут на сотни лет дольше них.

– Везде одно и то же, – хмыкнул я.

– А воины-старики и вовсе со всеми плохо контачат, – продолжила Сэм. – Представь себе дом престарелых для буйных.

– Похоже на кое-какие приюты из тех, где я побывал. – Мне стала вполне ясна ситуация.

– Приюты? – подняла брови Сэм.

– Забудь, – мне не хотелось развивать эту тему. – Значит, ты, Сэм, валькирия и выбираешь народ для гостиницы?

– Да, я выбрала многих, кто теперь здесь живет.

– Ну, прямо тайное братство. – Я усмехнулся. – Хотя, скорее, сестринство. Ну, сама понимаешь, о чем я.

– Все равно, – отозвалась она. – Валькирии отвечают за выбор эйнхериев. Каждый воин, которого мы привели сюда, пал смертью храбрых, сохранил верность долгу и чести, а кое-кто даже связан родством со скандинавскими богами, и это тоже дает им право на Вальгаллу.

Мигом вспомнив про меч, который, как уверял дядя Рэндольф, достался мне от отца, я спросил:

– Связан родством? Имеешь в виду, они дети богов?

У меня было сильное опасение, что Сэм начнет надо мной смеяться, однако она на полном серьезе ответила:

– Есть эйнхерии-полубоги, но многие просто обычные смертные. Выбирают в Вальгаллу за честь и отвагу, а не за родственные связи. Во всяком случае, именно так должно быть, – добавила она то ли задумчиво, то ли с досадой.

– А ты как стала валькирией? – полюбопытствовал я. – Погибла геройской смертью?

– Да пока нет. Я все еще среди живых.

– Как это у тебя получается?

– Веду двойную жизнь, – развела руками она.