Медицина катастроф в ином мире 2

— Мне придется снова подрезать твой язык, но это будет уже не так ощутимо. Всего несколько мгновений и немного крови. Твоя задача собрать все силы в кулак и не двигаться, что бы не происходило. От этого зависит успех операции. Можешь закрыть глаза.

Подумав, она снова кивнула и открыла рот.

— Что ж… — я посмотрел на Гаю. — Приступим, времени мало. Поможешь?

Она обработала мою руку спиртом, как делала раньше и намазала крем, образующий перчатку. Потом накинула на плечи Сатти чистую ткань. Я достал последнюю ампулу обезболивающего и с помощью эльфийки сделал укол в основание языка. Пока суд да дело, призвал из инвентаря голову поверженной в Тарсисе виверны. Это было неожиданно и девушки вскрикнули.

— Спокойствие. Только спокойствие… Гая, смотри внимательно! Сатти, высунь язык, чтобы я его видел…

Сравнив размеры, я решил не мудрить. Вынул из пасти раздвоенный язык твари и хотел отрезать один из кончиков. Но вспомнил, что попросту нечем. Рука-то одна.

— Гая, подержи пожалуйста. Вот здесь, когда я отрежу… Немного натяни… и… готово! Теперь бери зажим.

Выждав минут пять, чтобы анестезия подействовала стопроцентно, я сложил ткань и положил на лицо Сатти, чтобы избавить от неприятных впечатлений.

— Теперь осторожно. Будет сильно кровить, но мы сделаем все быстро. Вытяни язык зажимом. Да нет, сбоку. Смелее! Рука должна быть твердой.

Гая сделала все как нужно и замерла в ожидании.

— Теперь приложи. Так… чуть подальше. Готова?

— Сатти не шевелись!

Я взял скальпель и, задержав дыхание, словно перед выстрелом, сделал ровный, точный разрез. Потом сразу перехватил у нее зажим.

— Прикладывай и исцеляй, — спокойно проговорил я.

Крови было много, но, к чести Гаи, она сделала все четко. Одна плоть приросла к другой без следа. Разве что текстура тканей немного отличалась. Осмотрев язык со всех сторон, я снял зажим.

— Ну, вот и все! — улыбнулся я добродушно. — Через час онемение пройдет. Я дам тебе кое какие ингредиенты и немного золота. Найдете хорошего алхимика, пусть сварит зелье гармонии. Его нужно будет подержать во рту несколько минут, а потом проглотить. Язык станет прежним.

— Так… просто? — в глазах Гаи сиял восторг, смешанный с изумлением.

— Это язык, в нем нет костей. Выращивать руки я пока не научился. Жаль, лапа виверны мне не подойдет, ей совершенно неудобно держать ложку.

Немного разрядив обстановку, я стал собирать инструменты.

— Когда? — тихо спросила Гая.

— Сейчас, — так же тихо ответил я. — Без долгих прощаний и разговоров. Потом будет сложнее.

— У наших друзей возникнут вопросы…

— Скажи, что мои отношения с Санарой никак не влияют на судьбу Дастана. Ведь это все не ради меня и не ради нее, правда? Один безрукий санинструктор погоду не сделает.