(Не)верный бывший. Месть полукровки (СИ)

Больше я повторять не буду, — а потом меня больно толкнули вперёд, когда рыжая уже отвернулась и вышагивала как цапля по мягкой траве, спотыкаясь из-за того, что её дорогая обувь вечно проваливалась в мягкий дерн.

Я упала на колени и удержалась ладонями на весу. Мне сейчас есть о ком думать.

И я должна сохранить своего малыша.

— Деточка.

— Милая.

— Что же это делается?

Запричитали женщины и бросились ко мне, поднимать с двух сторон.

— Как это вообще возможно, чтобы так нагло угрожать! Да ты наша лучшая целительница! Столько жизней спасла. Генералы живы только благодаря твоей магии.

Я немедленно пойду к ректору, — решительно заявила наставница.

Я перехватила её руку, пока она другой лечила мне разбитую губу и убирала покраснение со щеки, что горела огнём.

— Нет. Не навлекайте на себя проблем, — отрицательно покачала головой. — Вы же слышали, что она принцесса. Не хочу, чтобы у вас были проблемы.

— Но как же это… — было видно, как волновалась за меня пожилая наставница.

— Не нужно. Мне лучше уехать. Тем более война окончена. Мои таланты теперь не нужны.

— Но ты ведь ещё не закончила обучение. Два года осталось.

— Переведусь. Так будет лучше. Она всё равно мне жизни не даст.

— Ой, деточка, — сочувственно проговорила наставница. — Ты ведь беременная. У тебя же ничего нет.

— У меня есть комнатка в Лумберге, — проговорила я.

— Это же такое захолустье, — покачала она головой.

— Там я могу окончить академию.

— Ты точно так решила? Может быть, всё же расскажешь обо всём Торвальду?"

"— У меня нет гарантий, что он просто не отберёт у меня малыша. А от этой рыжей хорошего вообще нужно держаться подальше. Мало ли отравит. Я точно не буду так рисковать.

Верно она сказала. Я безродная. И у меня нет никого, кто бы мог меня защитить.

— Боги, за что же тебе столько испытаний, — наставница обняла меня, сдавливая в своих объятиях. От неё пахло травами и целебными настойками.

Но тут я услышала мадам Крум, что стояла рядом и внимательно слушала меня.

— Беатрис, а знаешь, я увольняюсь, — заявила она.

И мы обе удивленно смотрели на добрейшей души женщину. Она выглядела воинственно, даже уперла руки в пышные бока. Ее седые волосы были убраны в строгий пучок.

— А что, война окончена.

Мои силы уже не те, — качала головой женщина. — Не хочу бегать меж раненых. Устала. Семьи у меня нет. А детей я люблю, — мадам Крум посмотрела на меня, — Пойду с тобой. Буду помогать тебе.

А я так растрогалась от предложения женщины, что у меня защипало в носу.

— Вы уверены?

— А что, ты против? — воинственно свела тонкие брови женщина.

— Нет. Нет. Я же ничего не умею. Научите меня?

— Конечно, дорогая, — она отобрала меня у наставницы и прижала к груди. От нее пахло лавандой. Такой теплый и успокаивающий аромат.