(Не)верный бывший. Месть полукровки (СИ)

Торвальд пах для меня силой.

Ответ от магии пришёл незаметно. Обе ипостаси были в полном порядке. Не перетягивали на себя главенство. Только тот второй хотел свободы.

— Дай ему свободу, — прошептала строго я.

— Если ты будешь рядом, — Торвальд открыл глаза, потёрся щекой о руку.

— Что с нами будет? — я не ответила ему, ведь и так предложила помощь. Меня сейчас беспокоило другое.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что мы не люди и не драконы.

— На вашей жизни это никак не отразится. Я защищу от всего.

— Ты уверен? — пренебрежение в голосе не смогла скрыть.

Торвальд нахмурился.

— Если ты о Варисе…

— Нет. Не только о ней.

— Не понимаю.

— Скажи. Три года назад ты приказал напоить меня чаем, после которого я бы не смогла носить наших детей и даже не смогла бы иметь их вовсе.

Торвальд нахмурился.

— Никогда, Элен. То был успокаивающий чай.

— Тогда ты такой идиот, Торвальд. И скажи спасибо, что у меня от рождения был острый нюх. Потому что из-за тебя. Из-за того, что происходило в твоём доме. Ты своими же руками чуть не убил своих же детей.

— Элен.

— Убирайся! Уходи. Сейчас я не хочу тебя видеть, — я толкнула его в грудь.

Но тот сделал шаг вперёд, хотел схватить за руку, но я отдёрнула её и подняла палец, украшенный острым когтем, направляя его на него. Но тот всё равно сделал шаг, и я почувствовала, как острый коготь входит в его грудь.

Глаза Торвальда заволокло бездной. Он был взбешен. Кровь потекла по его белоснежной рубашке. Она защекотала нос. Химера облизнулась. Я не играю в такие игры, как бы химера не просила.

Я была слишком зла.

— Убирайся!

Торвальд, покачиваясь, сделал шаг назад, его глаза неотрывно смотрели на меня.

Он был ранен, но его взгляд выражал больше боли от моих слов, чем от раны, которую я ему нанесла.

— Элен… — прошептал он, его голос был хриплым. — Я не знал. Я не знал об этом чае и о его последствиях.

Я не могла дышать. Гнев переполнял меня, заставляя грудь болезненно сжиматься. Химера внутри меня рычала. Она не хотела, чтобы он уходил. Предательница!

— Торвальд, ты сделал свой выбор три года назад. Оставь меня в покое. — Мой голос дрожал, но я старалась выглядеть уверенно.

Торвальд ещё раз посмотрел на меня, его глаза теперь были полны сожаления и боли.

Он прижал руку к ране, и я видела, как его кровь продолжала капать на землю. Затем он развернулся и, шатаясь, направился к воротам."

"Я наблюдала, как он уходит, не в силах сдержать слёзы. Это был трудный момент. Мне нужна была передышка без него.

Глава 36

На следующее утро, когда я сидела на кухне и пила чай, дверь открылась, и вошёл Торвальд. Я почувствовала, как зубы невольно скрипнули от напряжения. Он был холоден и неприступен, явно закрывшись в себе, пытаясь сдерживать свои эмоции.