(Не)верный бывший. Месть полукровки (СИ)

Не может опасное существо быть само по себе, — а после, скривив от негодования губы, размашистым шагом покинул целительскую и захлопнул дверь.

Теперь понимаю почему императору не перечат. Он просто не терпит этого. Я и сама могу оказаться в таком же положении. Я ведь тоже «опасное существо».

Даже мысль о том, что меня обяжут выйти замуж за доверенного императору человека, разорвала меня от негодования. А еще понимание что у меня нет сил сопротивляться подобному исходу.

А что если император не позволит быть с Торвальдом? Но я даже не могу представить, что рядом будет кто-то другой.

Пусть он и упрямая сволочь, что не считался с моим мнением и думал, что делает как лучше, отсылая меня, но лучше быть с ним, чем с посторонним.

А ведь у меня дети.

Маленькие химеры.

Меня внутренне затрясло от осознания беды, в которой я могу оказаться. На месте Торвальда я бы себя уже заперла где подальше и просто насильно заставила выйти замуж.

Ведь он уже четко обозначил свою позицию, что никуда не уйдет и будет рядом.

Химера внутри рычала, но мы же не сможем отказать императору! А вид бледной и потерянной Мариссы просто выбивал из колеи.

"А что если император избавится от Торвальда и так буду сидеть я?

Это то, о чем говорил Крис мне тогда в кэбе? Что мне нужна защита? Я понимала, почему мужчины держатся вместе. А ведь погиб один из двух генералов империи. Остался только Торвальд.

Боги!

Нервный плач девочки вырвал меня из ужасающих мыслей. Я видела в ней себя. Меня трясло внутри, но снаружи я пыталась быть сдержанной.

Рычание химеры приходилось сдерживать. Я вышла из-за спины Торвальда, а ведь там было так безопасно, и подошла к Мариссе, села и обняла ее, сжав в своих объятиях.

— Я не хочу. Нет. Не бывать этому, — прошептала бедная девушка, которой даже не давали оплакать своего мужа.

— Вы не можете заставить её выйти за того, кто ей противен и не нравится.

— Я попробую узнать, кого собирается так осчастливить отец. И от этого будем отталкиваться. Найдём рычаги давления, — хмурился Кристофер. А потом обратился к Мариссе. — Но ты должна держаться. Ради… памяти Ройберга, ради ребенка. А сейчас отдыхай, Марисса, — сказал принц.

Я вновь взяла девушку за руку, помогла ей лечь, укрыла одеялом.

— Всё будет хорошо, — прошептала я.

Сама же сидела рядом на стуле и думала, что, к счастью, Торвальд и Крис вовремя вмешались, сгладив напряжённую обстановку. Не знаю, чем бы всё это обернулось, если бы не их вмешательство.

Император мне не понравился, и его присутствие только усилило моё недоверие.

Моя химера продолжала защищать Мариссу.

Я думала, что этот момент был самым напряжённым за последнее время.

Но то, что произошло через пару дней, подкосило меня, убило, разорвало.