Метро 2035

– Что?! – крикнул Артем, чтобы перекрикнуть звон.

Сталкер ответил что-то шепотом, неслышно, позвал Артема жестом. Тот побрел к машине.

– Сюда иди, балда!!!

Морщины у Савелия на лице сложились странным узором. Вроде бы он улыбался. А вроде бы ему и было непереносимо жутко. Улыбка у него была сумасшедшая, и блестела железом.

Артем наконец доковылял. Нахмурился. Что еще?!

Из машины, изнутри что-то… Что-то…

Он ошалело оглянулся на сталкера, прыгнул на переднее сиденье, трясущимися руками мимо кнопок стал искать: как тут погромче?!

– Это диск твой?! Издеваешься, сука?!

– Дебил! – смеялся, заглядывая внутрь через открытое окно, Савелий.

 – Продиджей от Ледигаги отличить не можешь?!

Из колонок лилась музыка.

Негромкая, нечеткая, спутанная с шипением – и непохожая совсем на ту музыку, которую Артему приходилось слушать в метро. Не гитара, не разбитое пианино, не заунывные басовитые гимны о Дне победы; какие-то смешные кривляния, а не музыка – но бойкие, заводные, живые. Хотелось пританцовывать под эту песню. А поверх шло знакомое: фффффшшшшхххх… Это радио было, а не диск. Точно радио.

Музыка! Не позывные, а музыка! Люди где-то музыку слушают! И ставят! Не говорят: мы тут выжили кое-как, а вы там выжили? А ставят музыку, чтобы другие люди под нее танцевали.

– Что это? – спросил Артем.

– Это, блядь, радио! – объяснил ему Савелий.

– А хер знает, какой!

Артем вжал кнопку, поменять частоту. Вдруг еще где есть?

И сразу настроился. Сразу же настроился. Через секунду!

– Прием-прием! Это Петербург, это Петербург…

Тут нельзя было ответить, так что Артем сразу погнал вперед. Что-то на неизвестном языке закурлыкало, таком, будто человек грибов в рот напихал и говорить пытается.

– Английский! – пихнул его в простреленное плечо Савелий. – Английский, ты сечешь?! Даже эти суки уцелели!

– Казань… Как слышите? Слышу хорошо! Тут Уфа…

– Владивосток – острову Мирный…

– Приветствуем свердловчан и область… Кто слышит…

Артем – насосавшийся эфира, пьяный – отвалился от приемника. Вытаращился на сталкера, заплетающимся языком еле смог:

– Это как? Это что случилось?! Как это?!

– Я сломал… Щитовую… Обесточил, наверное? Хотел обесточить.

– А что тут еще может быть?!

– Это что за вышки, по-твоему?!

Артем выпал из машины, запрокинул голову, посмотрел на подпирающие небо антенны.

Они с виду были такие же, как полчаса назад; только теперь дохлые.

– Ну ты их выключил, балда, и радио стало! Вся земля открылась! Это что значит?!

– Глушилки! Создают помехи! По всем частотам шум дают на полную мощность!

– И глушат весь эфир! Все! Весь мир! Как в советское время!

– Нээ тупы ушэ… – слабо попросил с заднего сиденья Леха незакрывающимся ртом.