Метро 2035

– Почему ты ушел от них? Там же… Там же совсем другая жизнь, да?

– А ты не бывала? Там? Он тебя не брал?

– Обещал. Должен. Но я попросила вместо себя – тебя. Пока.

– Ничего не потеряла. Та же самая там жизнь. Просто жратва лучше. Ну и… медицина. А что, ты бы смогла? С ними?

– Что он тебе рассказал?

– Он мне все рассказал. Все. Невидимые наблюдатели, власть, красные, фашисты, все.

– Тебе надо уходить отсюда. Они всех ваших забрали. Брокера этого твоего. Всех. В тот же день, как ты… Может, их больше нет. Я не знаю.

– Нет. Не его люди. Твой Орден.

– Орден… Послушай. Ты… Я хочу понять. Он тебе все объяснял, да? Ты все знала. Про верх. Про мир. Но! Это ведь твоя мечта была. Вернуться туда. Как и моя. Чтобы мы все… Там. Опять. Там! Ты же рассказывала мне. Сама! Что ты тут делаешь? Зачем торчишь в этой помойной яме? Почему не сбежала? Почему ты тут?

Саша стояла перед ним – тонкая, как карандашом набросанная, обнимая себя руками. Смотрела на него исподлобья.

Он схватил ее за запястья-ветки.

– Скажи мне. Я хочу людей поднять. Ты говоришь – почему не остался. Потому что остальные… Мы. Все мы тут. Им надо знать. Всем. Они должны знать. Ты меня не предашь? Опять. Ему? Не выдашь?

Губы у нее запечатались. Артем ждал.

– Но с тобой не пойду.

– Артем. Я его люблю.

– Этого? Этого… Старпера? Извращенца?! Да он… Он же… Он же без души… Ты бы слышала, что он говорит… Про людей! Ты – его?!

Артем отпустил ее руки, обжегшись; отшатнулся.

– Люблю, – она пожала закутанными плечиками. – Он для меня как магнит. Он магнит, а я опилок железный. Все. Он мой хозяин. И ко мне он всегда был добр. С самого начала.

– Он тебя в пользование сдает! Он тебя! Ему смотреть нравится, как тебя всякие… Грязные… Разные!

– Да, – кивнула Саша. – Он так любит. И мне так нравится.

– А что? Тебе тоже такое не подходит? Как Гомеру? Прости тогда.

– И ты ждешь… Ждешь, чтобы он забрал тебя туда? К себе?

– У них освободилось одно место. Он получил разрешение. Но я…

– Ладно. Я понял. Ты вместо себя – меня… Ладно. Я понял. Ладно.

– Тебе надо уходить.

– Ты правда туда хочешь? К ним? В этот их круглосуточный кабак? В бункер?! Вместо верха – еще глубже?!

– Мне все равно, куда. Я хочу с ним быть. Я – его. И все.

Постоял еще. Потом снял с шеи крест. Бросил ей.

Вышел: мир кувырком.

Побрел через похотливую однодневную пьяную толпу. Сказал Саше, что понял, а сам не понял ничего. Как можно – с Бессоловым? Как можно такого – любить? Как можно дирижабли свои променять даже бы и на мечту о бункере? А на бордель ради бордельных коротких встреч по снисхождению? Бессолов ей и еды объедки из бункера своего выносит – и любви объедки тоже. А ей ничего, хватает и того, и другого. Небалованная.