Между нами ничего не было
- О, ну, разумеется! Властитель судеб, гребаный стратег! Бог тут снизошел, звоните в Ватикан! Мне в ножки тебе упасть?! Пошел ты! Напомнить?! Ты все еще женат!
Резко разворачиваюсь и чеканю шаг, бросив через плечо только одно:
- Чтоб сидела здесь! Я приеду завтра!
Входная дверь хлопает о короб. Мне нужно быстрее на воздух. Мне нужно быстрее туда, где я смогу дышать.
В башке полный ад. Мысли как пчелы жалят, и, кажется, у меня голова совсем в отказе. Не варит, не соображает, ведет.
Я вылетаю из подъезда под противный писк домофона, а через мгновение падаю на скамейку. На ней сугроб огромный.
Подхватываю ладонью и протираю им лицо.
А потом из груди рвется смешок…
Ребенок. У меня будет ребенок…плевать, что все неправильно и не так, как должно быть. Плевать, что я круто облажался с Кирой. На все насрать, даже на отсутствие любви между нами! Плевать.
У. Меня. Будет. Ребенок.
И да, я наговорил кучу дерьма, но это тоже что? По хер. Вектор моих мыслей был верный, а я снова вспоминаю урок отца:
До мечты нужно уметь построить маршрут.
Спасибо, батя. Ты научил меня делать и то и другое.
Да, я наговорил кучу дерьма, и звучало все жестко, но по итогу…даже в моменте стресса мозг выбил правильную дорогу.У каждой мечты есть своя валюта по итогу, и вот валюта моей мечты: мой ребенок должен родиться — это первое, а второе — он должен родиться в браке, и никак иначе!
«Затишье перед бурей»
- …Ты не просто выйдешь! Ты побежишь к алтарю!
От этих слов по нутру пробегает рябь. Не подумайте, я не совсем чокнутая, правда, и все, что сейчас вокруг меня происходит — это результат многочасового накручивания, переиначивания, анализирования.
Колеса электрички тихо постукивают о рельсы.
Я смотрю в окно, а там пейзаж не меняется. Высокие, многовековые сосна в серых, зимних сумерках. Снега в эту ночь выпало очень много, так что пушистые шапки укрывают ветки. Наверно, дома вообще жесть…
Прикрываю глаза и выдыхаю.
Если жести дома не будет, то я ее как раз везу, вы не переживайте.
Губы искажает горькая усмешка, а потом я запускаю пальцы в волосы и прикрываю глаза.
Их, само собой, не было, но они, тем не менее, прозвучали. Достаточно знать Эмиля, чтобы понимать, как резко все стало максимально серьезно.

















