Между нами ничего не было

Я же не хочу совершенно точно все это обсасывать, подхожу к дивану и забираю свою сумку.

- Давай…как-нибудь потом об этом, ладно?

Конечно, она его узнала. Разумеется! Господи…

- Марина, пожалуйста. Не сейчас. Я не готова об этом говорить.

В настоящем друге это самое важное. Ненастоящий тебя на атомы разложит, даже если тебе хреново. Ему же интересно, поэтому скальпель по твою душу уже наточен, и плевать совершенно на то, как ты себя в этот момент чувствуешь.

Марина подходит ко мне, ласково сжимает руку и кивает.

- Конечно, Кир. Только ты знай — я рядом. В любое время дня и ночи.

Когда будешь готова.

Я благодарна. У меня такой связи давно ни с кем не было…

Чувствую себя мудаком, конечно. Рядом Бодров умирает, так что плюсиков мне это совершенно не добавляет.

Закатываю глаза и откидываюсь на машину. Смотрю в небо. Что со мной, твою мать, происходит?! И как выбросить из башки слова тупой, обозленной бабы? Я же из-за них такой резкий. Дикий. Меня они дико зацепили, они из меня психопата делают.

Сорвался. Опять. Приехал. Опять. И как мудак.

Чувствую, что я все на свете делаю не так. Твою мать! А я по-другому хочу. По-нормальному.

Всю дорогу жгло и тревожило, даже сейчас унять сложно. Я понимаю, что не о чем переживать, и она — не Кристина. Кира другая. Я это знаю. Разумом. А один только взгляд в другую сторону — и это тотал. Меня как будто по асфальту мажет, аж до тряски рук. Я боюсь представлять ее с другим, веду себя как полоумный.

- Все? - Бодров вытирает влажные от смеха глаза и кивает, - Убедился?

Перевожу взгляд на двери приюта, но куда там? Лехе только повод дай.

- Ну да. Она именно сюда бы приехала на рандеву. Вот именно сюда!

Мне просто нужно притормозить. Мне надо успокоиться.

Когда она будет рядом — будет проще. Я в это верю. Сложно, когда ее нет. Не видеть сложно, не знать, о чем она думает. Что делает.

Я должен быть с ней рядом.

Какой же кринж, что со мной? Кроет и кроет. Конца и края — ноль. Где мой здравый смысл?!

Наконец-то она выходит из здания, и я резко подаюсь вперед. Кира одаривает меня таким взглядом, от которого поджимаются поджилки. Я все еще помню, что она может раздвигать себе кости, поэтому немного переживаю. Рука сама тянется к защите самого ценного.

Одергиваю себя, расправляю плечи и открываю рот.

Только сказать ничего не успеваю. Шипит. Опять.

- Что ты себе позволяешь?!

А я стою, смотрю на нее…и опять в Тотал. Не понимаю. Валькирия...Шикарная такая…злая бестия, и вся моя уверенность рядом с ней… Куда девается? Не знаю. Просто было раньше. Держался непонятно за что, закрылся от всего мира. Я точно решил, что отношения — это не про меня, и что на этом поприще я ставлю жирный прочерк. Ну, не получается. Не мое это. Семья, бла-бла-бла, все через жопу!

А она берет и переворачивает. И я теряюсь. Что это? Ребенок, наверно.