Мятежная леди

С глубоким вздохом Фиона продолжала:

— Уилл пришел в бешенство. Сказал, что Джебу надо было лучше следить за лошадью, нужно было привязать ее покрепче… Я… я приняла сторону Джеба и накричала на Уилла. Он был ужасен в гневе, но мне было страшно за Джеба.

— И были правы, как потом оказалось.

— Да, — грустно подтвердила Фиона. — Мы оба и не подозревали, что Джеб так сильно ударился. Пока мы ругались, кто-то крикнул, что Джеб не двигается и, кажется, не дышит. К тому времени как мы поняли, что Джеб мертв, Уилл был готов винить во всем случившемся исключительно меня.

— Ну да, конечно. Сказал, что это мои юбки, а вовсе не его суета и крики отвлекли Джеба и напугали лошадь. Тогда я тоже вышла из себя… ах, сэр, не думаю, что вам хочется слышать все остальное.

— Только если сами захотите рассказать.

— Нет. Это была обычная ссора, ничего больше. Но, как чаще всего случалось, наша перебранка переросла в нечто похуже. Уилл сказал, что его люди займутся Джебом, а ему нужно кое-что мне объяснить, и мне придется выслушать все, до последнего слова. Потом он потащил меня на холм, где над рекой бежала тропинка. Тянул за руку и шел чуть не бегом, так что я едва могла устоять на ногах. По правде говоря, сэр, я не помню всего, что он говорил или что говорила я. Но он ударил меня по лицу и, должно быть, продолжал избивать, потому что я помню, как боялась за малыша. Последнее, что я помню, — это как проснулась утром в своей постели.

Кивнув, Фиона вдруг поняла, что ни словом не обмолвилась о том, что мелькнуло в ее уме, прежде чем она вспомнила ужасную смерть Джеба.

— И вы до сих пор не помните, как добрались до спальни?

— Нет, — ответила она. Слова уже дрожали на кончике языка — она была готова признаться, что вряд могла сделать это самостоятельно, но впереди послышались крики.

К ним приближались пятеро всадников, размахивая руками. Она узнала сестру, кузину и Нэн. За ними скакали сэр Хью и Роб Максвелл. Женщины радостно улыбались.

Нэн весело крикнула:

— Стража на стене видела, как вы приближаетесь! Да еще Тони нас предупредил. Поэтому мы сели на лошадей и выехали навстречу, чтобы принять вас как следует!

У Фионы отлегло от сердца. Прежде чем начинать обсуждать с Диконом вопрос о том, кто в ту ночь мог прийти ей на помощь, нужно было тщательно обдумать все последствия ее откровенности.

В Данвити-Холле их ждал самый радушный прием. Во дворе замка звучала музыка менестрелей, а потом из ворот главной башни вышел сэр Джеймс Сейтон с улыбающейся леди Фелиной под руку. По словам Нэн, в труппе менестрелей были не только музыканты, но и танцоры, циркачи и даже актеры.

Керкхилл понимал, что в Данвити-Холле ему нечего надеяться на возможность видеться с Фионой наедине. Другое дело в Спедлинсе, там это удавалось ему не раз.