Мятежная леди

А еще мама…

— Кажется, ты Дэви, сын Джейн?

— Я Дэви, сын Джеба. Джейн — это моя мама.

— А кто из мужчин Джеб, твой отец?

— Мне жаль. Давно он умер?

В слабом свете свечи в глазах мальчика предательски заблестели внезапные слезы.

— Нет, совсем недавно, — прошептал он.

— Когда? — тихо спросил Керкхилл.

— Прям незадолго до того, как вам сюда приехать в первый раз.

— Ясно. А я потерял отца полтора года назад. Знаю, ты тоскуешь по отцу, точно так же как я тоскую по своему.

— Все равно тоскуете, даже, несмотря на то что прошло столько времени?

Ласково коснувшись плеча мальчика, Керкхилл сказал:

— Знаешь, парень, мне говорили — никогда не перестанешь тосковать по тем, кого ты любил и кого больше нет. Но, если хочешь, я скажу тебе одну вещь, которую понял сам.

— Видишь ли, когда мне хочется спросить его о чем-нибудь или просто услышать его голос, мне почти всегда помогает память. Воспоминания делают его ближе — по крайней мере для меня. Не знаю, годится ли этот способ для других, но ты можешь попробовать. — Потом уже совсем другим, будничным тоном он добавил: — Кстати, надеюсь, твоя мама еще не отправилась спать. Ведь я не знаю, куда устроить на ночь леди Фелину и матушку Битон, да, кстати, куда отправиться на ночлег мне самому.

— Ох, чуть не забыл, — сказал Дэви. — Ход сказал, что комнату старого хозяина вымели, ставни открыли и устроили там настоящий сквозняк, а еще он развел большущий огонь, так что теперь там хорошо пахнет. Так он говорит — на тот случай если вам захочется там спать. И он велел убрать его собственную комнату для вашего слуги. А мама сказала, что леди Фелина может спать в комнате, что над спальней леди Фионы. Она там приготовила постель. А если леди нужна помощь, она может сказать мне, и я сбегаю за мамой.

— Тогда сейчас тебе, наверное, нужно привести маму и сказать ей, что леди Фелина была бы рада принять ее помощь, — распорядился Керкхилл. — Кроме того, пусть твоя мама позаботится также и о матушке Битон.

Кивнув, Дэви бросился вниз по лестнице.

А Керкхилл сошел вниз, в холл, где ему пришлось пробираться меж спящих людей, и направился во внутренние покои. Там он нашел Джошуа. Стоя на коленях, камердинер орудовал кочергой, помогая разгореться слабому огню в камине.

— Значит, ты решил, что я буду спать именно здесь? — спросил его Керкхилл. — Что ты сотворил с Ходом?

— Это Ход привел меня сюда, сэр, — сообщил Джошуа с кривой ухмылкой. — Сказал, что эта комната теперь ваша, а я должен занять маленькую спальню, что выходит на лестницу для слуг. Если вы не возражаете, сэр.

— Нет, если ее тоже хорошенько проветрили.

— Все сделано как надо. Ход сказал — они даже сняли все занавеси и вытрясли их во дворе, и перины тоже. Постелили свежее белье.