Мятежная леди

— Тут, кажется, нет больше никого, кто захотел бы сказать слово о старом хозяине, разве что вы, милорд… — Он замолк, но Керкхилл покачал головой. Тогда, набрав в грудь побольше воздуху, Ход продолжил: — Всем известно, сэр, что вы мало его знали. По правде говоря, я служил ему три года, но за это время он почти ни с кем не говорил, кроме меня да молодого хозяина. Сейчас бы хозяину Уиллу произнести слово об отце.

Керкхилл отметил, что в толпе собравшихся только двое или трое мужчин согласно закивали. Остальным, казалось, все равно. На кладбище пришли в основном слуги да десяток солдат, половину из которых составляли его собственные.

Речь Хода оказалась совсем короткой. Он рассказал все, что знал о хозяине, не скрывая, как сильно им восхищался.

Мало-помалу туман рассеивался, и Керкхилл понял, что тело уже опустили в могилу и сейчас ее будут засыпать. Закончив говорить, Ход сделал знак двум мужчинам с лопатами, и церемония завершилась.

Керкхилл и Фиона направились к дому, и тут он заметил невдалеке маленькую фигурку.

— Разве это не крошка Дэви, сын Джеба? — спросил он.

— Ни к чему ему быть здесь, — хмурясь, сказала она. — Слишком свежи воспоминания о собственной утрате.

— Так устроена жизнь на границе, мадам, — возразил Керкхилл. — В его возрасте почти все здешние дети познают горечь утраты.

— Ему едва минуло девять, а его сестренке Типпи всего шесть.

— Даже и так. — Ему очень хотелось, чтобы Фиона посмотрела на него. — Как умер Джеб?

— По нелепой случайности. Помогал однажды вечером седлать лошадей, потому что Уиллу вздумалось прокатиться вдоль реки. Вот одна из лошадей и лягнула его в голову, когда он хотел вытащить шип, застрявший у нее в копыте. Вроде бы лошадь ударила его не так уж сильно, однако Джеб через час скончался.

— Печально. — Керкхилл вздохнул. — Парню нужен отец.

Взяв Фиону под руку, он повел ее туда, где стоял мальчик.

Когда они подошли к нему, Дэви сказал:

— Его положили здесь, миледи. Я знаю место, потому что тут голая земля. Мама говорит, что когда-нибудь мы, может быть, поставим ему камень. Я сам бы поставил, да не знаю как.

— Будет у Джеба камень, Дэви, — пообещала Фиона. — Мы этим займемся.

— Миледи права, парень, — подтвердил Керкхилл. — Я тебе помогу, если хочешь. А сейчас будь добр, беги в большой зал и скажи, что мы возвращаемся. Пусть накрывают на столы. И узнай у леди Фелины, не хочет ли она позавтракать с нами.

— Да, милорд, — сказал Дэви, пускаясь бегом к дому.

— Вы очень добры, — заметила Фиона, глядя на Керкхилла с благодарностью.

— Я вообще добрый малый, — ответил он, — когда никто не встает мне поперек дороги.

Она быстро опустила глаза, но он был почти уверен, что она улыбнулась.

Фиона едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.