Милая пленница

 — Тут все соответствует одно другому! Без лент платье станет… о, конечно… скучным, неэлегантным.

Видя искреннее огорчение портнихи, Александра невольно рассмеялась.

— Хорошо, мадам, я согласна. Не думаю, что мне следует спорить с вами на подобные темы.

Маленькая женщина умолкла на несколько секунд. Она рассматривала Йоркские лайковые перчатки рыжевато-коричневого цвета и черные полуботинки, дополнявшие наряд. Когда она наконец посмотрела на Александру, выражение ее лица было чрезвычайно серьезным.

— Я просто доверяю своим глазам, мадемуазель. Вы не должны думать, что с моей стороны это лесть.

Александра, тронутая ее искренностью, внезапно обняла женщину за талию.

— Честно говоря, я, наверное, кажусь ужасно неблагодарной, а вы так добры! Извините меня, мадам!

— О, что вы! — Портниха с философским видом пожала плечами. — Что тут извинять? Это вы должны меня простить, если я вас чем-то обидела. — Она взяла широкий плащ из темно-зеленой шерстяной ткани и набросила его на плечи Александры, а потом отступила назад, изучая общую картину. — Regardez! Такие плащи — последний крик моды. Надеюсь, вы не сомневаетесь в этом?

Александра, глядя на себя в зеркало, вынуждена была признать, что портниха добилась ошеломляющего эффекта. Платье выглядело богатым, но не слишком броским, и оно изумительно подходило к ярким волосам и нежной коже Александры. И в этот момент девушка поняла, почему туалеты мадам Грез стоят таких безумных денег.

Александре пришлось надеть новый наряд куда скорее, чем она предполагала. Хоук, видя, что силы Робби полностью восстановились и мальчик рвется на подвиги, объявил, что сегодня их ждет сюрприз.

— Какой сюрприз, отец? Мы полетим на воздушном шаре?

— Если я скажу тебе заранее, юный нахал, это уже не будет сюрпризом, — ответил герцог, ероша темные волосы мальчика. — Ты должен сегодня вести себя очень хорошо, и если ты как следует отдохнешь днем, то попозже мы кое-куда отправимся. Вместе с мисс Мэйфилд.

Александра, сидевшая в кресле-качалке в другом конце комнаты Робби и поглаживавшая задремавшего на ее коленях Раджу, насторожилась, заметив насмешливую улыбку Хоука. И заставила себя удержаться от вопроса, готового сорваться с ее губ. Нет, она не доставит Хоуку такого удовольствия, решила Александра. Он может приказывать, но он не дождется того, чтобы она проявила любопытство.

Как ни приставал Робби к отцу, тот оставался непреклонен, и мальчику так и не удалось выяснить, в чем заключается сюрприз. Вскоре после ленча Хоук потеплее укутал сына и отправил на улицу. У парадной двери уже ожидал улыбающийся Джефферс, возле которого болтался Пенни.

— О, Джефферс, ты как всегда точен, — сказал герцог, выходя из дома.

— Само собой, ваша светлость. Думаю, мы быстро доберемся.