Милая пленница

Отец требовал ответа: почему Александра не хочет выйти замуж за приятного и энергичного молодого человека, только что приехавшего из Англии? Он по уши влюблен в нее. Она могла бы наконец обзавестись семьей, детьми…

Но Александра, как обычно, лишь фыркнула и ответила отказом. А потом вдруг заметила во взгляде отца странную мольбу — мольбу, которой она то ли по наивности, то ли по эгоистичности не поняла.

Да, сейчас для Александры смотреть на устало согнувшиеся плечи и темное лицо Хоука было все равно что увидеть призрак собственного отца.

— Я никогда не забуду, какой ты была, когда я впервые увидел тебя, — мягко произнес Хоук, прерывая болезненные мысли Александры. — Видение в тумане…

И как прелестный призрак, ты несла мгновенье красоты; И пышным облаком волос Закрыла мир до самых звезд…

Думаю, уже тогда я понимал, что ты — не Изабель. Ты была не мгновенным явлением красоты, отнюдь не мгновенным…

Хоук крепко сжал кулаки. Где-то в глубине, в той части души, которую он считал давно погибшей, возникла боль… В Испании ему не раз приходилось видеть людей, потерявших в боях руки или ноги, но продолжавших чувствовать, как болит то, чего уже нет…

Вот и он теперь испытывал такую же боль. Болело то, что он давно отбросил… Может быть, его душа понемногу возрождалась из руин? А может быть, вернулись мечты юности… Во всяком случае, таких чувств ему не доводилось испытывать прежде.

Серебристые глаза Хоука с тоской вернулись к лицу Александры, вглядываясь в изысканные черты, никогда не исчезавшие из его памяти. Синевато-зеленые глаза сверкали ярче драгоценностей… и в его чреслах снова родилось желание.

Он боялся подойти ближе, потому что ее тело слишком сильно манило его. Аромат жасмина исходил волнами от ее теплой кожи, завитки красно-золотых волос чуть вздрагивали в потоке воздуха, идущем от окна. Сам того не осознавая, Хоук шагнул к Александре и поймал колышущийся локон. И его взгляд с жадностью остановился на ее губах.

Александра чувствовала, как его желание обжигает ее, притягивает… и она совершенно беспомощна перед ним. Она закрыла глаза и чуть заметно выгнулась, потому что ее тело само ответило на призыв…

Она хотела ощутить его руки на своей коже, вкус его губ, языка… Она хотела прогнать из его глаз боль и усталость.

А Хоук, как во сне, наблюдал за тем, как на лице девушки вспыхнул румянец, и его сердце сжалось от отчаянной надежды.

— Значит ли это «да», моя любовь? — выдохнул он, касаясь пальцами ее подбородка и приподнимая лицо Александры. Он зачарованно смотрел в измученные аквамариновые глаза, нежно погладил ее по щеке, и прикосновение его большой руки было легким, как перышко. — Скажи, Александра! — пробормотал он хриплым от возбуждения голосом.