Милая пленница

— Я тебя заставлю пожалеть об этом! — прошипел ее преследователь сквозь стиснутые зубы. — Нет, милая, на этот раз ты не сбежишь, пока я с тобой не разберусь!

Александра ничего не сказала на это, потому что задыхалась, была измучена и слаба, ее голова отчаянно кружилась. Неожиданно, когда лошадь развернулась, девушка увидела изумленного кучера и своего маленького друга.

— Прихвати этого побродяжку с собой, Джефферс! А если он наберется наглости и попытается сбежать, выпори его хорошенько! — Александре показалось, что голос ее преследователя звучит неестественно громко, вызывая звон у нее в ушах.

Пенни в ответ лишь фыркнул:

— Да не пугай ты меня! Я и не таких, как ты, видал, господинишка поганый! Что мне тебя бояться!

Внезапно все закружилось у Александры перед глазами. «Боже, Боже, — молила она, — только бы с парнишкой ничего не случилось!»

— Подлец! Сын шлюхи! Чтоб тебя пожрал адский огонь! — продолжал выкрикивать Пенни.

Слыша отчаянную браваду мальчишки, она почувствовала, как внутри у нее что-то щелкнуло и сломалось, лишая ее остатков сил. Словно издалека, до нее донесся хриплый смех. Потом грубоватый голос кучера Джефферса:

— Так что все-таки делать с этим паршивцем, ваша светлость?

Герцог Хоуксворт беспечно рассмеялся, он с удовольствием смотрел на беглянку-жену, лежавшую на спине лошади в унизительной позе, на ее стройные ягодицы и грязные босые ноги, болтающиеся в воздухе.

— Он поедет с нами, Джефферс! Я намерен научить это чучело хорошим манерам, черт побери!

И снова в ушах Александры загремел его смех, и она закрыла глаза, пытаясь справиться с приступом головокружения. Гнедой тронулся с места, потом пустился в галоп. А еще через мгновение грохот копыт вдруг умолк — Александра погрузилась во тьму.

Солнце поднималось все выше и выше, его сверкающие лучи отражались от белых склонов меловых холмов, убегающих к морю. Всадники мчались на восток по пастушеским и охотничьим тропам, не заезжая в какие-либо поселения. Их сопровождала лишь пара крикливых галок, перелетавших с одной вершины холма на другую.

Хоуксворт отлично знал эту дорогу. Но сегодня он получал особое, яростное наслаждение при виде волшебных ландшафтов, раскинувшихся перед ними. Скоро они минуют высокие утесы Бичи-Хед, а потом повернут на север, к Хоуксвишу.

Хоук чувствовал, как в нем бурлят первобытные силы. Он радовался, глядя с утесов вниз, на огромные океанские волны. Давным-давно он не скакал вот так, без седла, подставляя лицо ветру. Глаза Хоука мерцали серебром, когда он смотрел на свою жену, брошенную поперек лошадиной спины, — точно так же увозили женщин древние саксонские воины, безжалостно опустошавшие эту часть Суссекса.

«Неужели она сдалась так быстро?» — недоумевал Хоук. Он присмотрелся к ней.