Милая пленница

«Сделал ли он это на борту „Сильфа“?» — думала Александра, в ужасе пытаясь угадать, что она должна чувствовать… И насмешливый голос в ее мозгу твердил, что он сделал и это, и гораздо больше…

У Александры ныло в груди, она, пытаясь взять себя в руки, старалась сосредоточиться на дикой красоте склонов, бездумным взглядом следила за парой крикливых птиц, слетевших с вершины мелового холма к бушующим внизу волнам. Соленый воздух пронизывали ароматы тимьяна и вербены. Александра вдруг по-настоящему увидела мощную, волнующую красоту этих мест.

Это был резкий, незабываемый ландшафт, ничуть не похожий на то, что она видела в Индии. Даже самые крутые склоны были испещрены крошечными пятнышками желтых и пурпурных диких цветов. А отвесные обрывы высоких утесов, казалось, несли какую-то тайну, и тайна эта пряталась там, где камни встречались с морскими волнами…

«Они как мужчина и женщина, — подумала вдруг Александра, — они противостоят друг другу, борются, но всегда остаются связанными друг с другом. Может быть, именно это пыталась объяснить мне айя…»

Но она сама никогда не уступит, никогда не будет привязана к какому-либо мужчине, поклялась Александра. Она не сдастся до тех пор, пока имя ее отца не будет отмыто от грязи, а может быть, и потом тоже.

Они скакали вперед, вздымая облачка белой пыли там, где на поверхность земли выступал мел. Все выше и выше… и вдруг вылетели на самый край обрыва, и Александра задохнулась, увидев под собой пропасть глубиной в сотни футов и грозное море далеко внизу.

И тут же часть утеса обрушилась с тяжелым грохотом. Лишь мгновенная реакция мужчины спасла их обоих — он хлестнул гнедого, и тот перескочил через расширявшуюся перед ними бездну. А мгновением позже белые камни уже с громким плеском падали в воду.

— Вы могли убить нас обоих! — закричала Александра, чувствуя, что от пережитого страха губы плохо повинуются ей. — Вы что, совсем ничего не соображаете?!

— Но это возбуждает, не правда ли, Изабель? Или ты утратила выдержку вместе с добродетелью?

— Последний раз вам повторяю — меня зовут Александра! И если бы вы не страдали одержимостью, вы бы давным-давно поняли, что я говорю правду!

— Я не стану тебе рассказывать, как трогательно все это звучит — я имею в виду твои заботливые слова. Но моя цель как раз в том и состоит, чтобы избавиться от одержимости тобой.

Александра только собралась презрительно фыркнуть, как почувствовала — руки мужчины крепче стиснули поводья.

— Потише, Аладдин, — сказал он мягко, но в его голосе послышалось прежнее напряжение. — А теперь остановись.

Что-то в его голосе заставило Александру удивленно обернуться. Она увидела, что мужчина, чуть прищурившись, смотрит вдаль, туда, где склоны холмов переходили в лесистую долину.