Милая пленница

 — Уверяю тебя, я ничего не забыл, хотя и старался это сделать в последние два года.

Его руки скользнули вниз, стиснув бедра Александры. Он еще крепче прижал девушку к своему телу… С гневным криком Александра уперлась кулаками в его грудь, пытаясь оттолкнуть наглеца, но это оказалось ей не по силам.

Насмешливо улыбаясь, он смотрел на нее сверху вниз.

— Да, ты всегда была дерзкой возлюбленной, дорогая, и отлично знала, как воспламенить меня. Очень жаль, что ты оказалась не способна ограничиться собственным мужем! Мужчин, видишь ли, слишком угнетает мысль о том, что им приходится делиться с другими.

— Да как вы смеете! — задыхаясь, воскликнула Александра. Она яростно замахнулась, пытаясь ударить его по лицу, но он легко поймал ее кулачок и зажал в своей огромной ладони. — Отпустите меня, говорят вам! Вы лишь усугубляете свою ошибку, сэр, своим нападением вы нарушаете все приличия!

Незнакомец раскатисто засмеялся.

— Какое волнующее представление, дорогая! Я готов аплодировать. Но странно слышать от тебя, именно от тебя, рассуждения о приличиях. Ты знаешь, я многое способен вынести, — медленно добавил он. — Но твоя последняя эскапада в Воксхолле была чрезмерной даже для меня. Впрочем, должен признать — зрелище было потрясающим… влажный шелк на подкрашенных сосках… Ты едва не вызвала массовые беспорядки. Если ты предполагала спровоцировать меня, красуясь в наряде киприотки, жрицы любви, то, безусловно, достигла цели, хотя, может быть, не той, на которую рассчитывала. — Его голос вдруг стал жестким. — Думаю, мне следовало избить тебя той ночью — да, избить, наслаждаясь каждой секундой этого процесса. Так что ты поступила предусмотрительно, удрав с Гранвилем.

Александра, прижатая к груди незнакомца, почувствовала, как он внезапно содрогнулся, но она не знала, что послужило тому причиной: то ли его воспоминания, то ли сделанное им признание… Его пальцы все крепче сжимали ее кулак. Она вскрикнула от боли. Как же ей заставить его опомниться?..

А незнакомец, похоже, погрузился в пучину болезненных воспоминаний.

— Интересно, сколько времени понадобилось Гранвилю, чтобы утомиться твоими выходками? И скольких «покровителей» ты переменила после того, как он бросил тебя? Может быть, было бы лучше, если бы ты просто умерла…

Голос незнакомца слегка дрогнул, и Александра заметила, что он изо всех сил старается совладать с собой. Едва дыша, девушка пыталась найти слова, способные убедить его в том, что он совершает ужасную ошибку. И когда она наконец смогла заговорить, то произносила каждое слово медленно и четко, словно обращалась к маленькому ребенку:

— Вы должны верить мне, сэр, когда я говорю, что я совсем не та, за кого вы меня принимаете. Я приехала в Лондон всего неделю назад.