Мир глазами Гарпа

— Но она может, например, взять мальчиков и повезти их куда-нибудь — например, в пиццерию, — предположил в отчаянии Гарп. — Я уверен: готовить она не умеет!

Хелен молча листала «Вечного мужа». Потом сказала:

— Довольно странная книга для подарка — от одной женщины мужу другой.

— Прелестно! — ядовито заметила Хелен.

Хелен озадаченно на него посмотрела.

— По-моему, это давно уже не предмет для обсуждения, — сухо заметила она.

— Ну конечно! Я же сказал, она просто идиотка! Вот моей матери она бы непременно понравилась.

— Ах, бедная Дженни, — сказала Хелен.

 — Нечего на нее наговаривать.

— Доедай наконец свои макароны, Уолт! — напал Гарп на младшего сынишку.

— А ты держи выше свою базуку! — ответил Уолт.

— Здорово сказано, Уолт, — скорбно заметил Гарп, — но только никакой базуки у меня нет.

— Нет, есть! — заявил Уолт.

— Он не знает, что это такое, — вмешалась Хелен. — И я тоже не уверена, что знаю.

— Пять лет! — сокрушенно покачал головой Гарп. — А ты знаешь, Уолт, что говорить такие слова нехорошо?

— Он это наверняка у Дункана подцепил, — сказала Хелен.

— А Дункан — у Ральфа! — сказал Гарп.

 — А тот, несомненно, у своей мамочки, черт бы ее побрал!

— Ты сам-то попридержи язык, — сказала Хелен. — Уолт с тем же успехом мог подхватить это словечко и у тебя.

— Нет уж! — воскликнул Гарп. — Я и сам не уверен, что понимаю, что оно означает. Я этого слова и не употреблял никогда.

— Да ты часто даже не замечаешь, какие именно слова употребляешь дома, — сказала Хелен.

— Уолт, доедай наконец макароны! — рассердился Гарп.

— Успокойся, — сказала Хелен.

Гарп смотрел на остывшие макароны в тарелке Уолта как на личное оскорбление.

— И впрямь, чего мне беспокоиться? — сказал он горько. — Ведь ребенок все равно ничего не ест!

Ужин они закончили в полном молчании. Хелен знала, что Гарп придумывает какую-то историю, чтобы рассказать ее Уолту перед сном. Гарп, правда, делал это скорее для собственного успокоения, особенно если дети его чем-нибудь тревожили, — словно сам факт выдумывания интересной истории уже был залогом их будущей вечной безопасности.

Инстинкт отцовства проявлялся у Гарпа очень сильно; с детьми он неизменно бывал щедрым и любящим, поистине самым любящим из отцов, хотя Дункана и Уолта воспринимал совершенно по-разному.

Но одинаково глубоко и нежно. И все же Хелен не сомневалась, что Гарп понятия не имеет, насколько его вечное беспокойство о Дункане и Уолте нервирует детей — среди сверстников они из-за этого кажутся напряженными и какими-то незрелыми. С одной стороны, он относился к ним очень серьезно, как к взрослым, а с другой — так о них пекся, что попросту не давал им взрослеть.