Младший вовсе был дурак

Вместо ответа Лаврентьева указала взглядом на полку с кока-колой, прищурилась, надула губы… и вдруг бабах! Одну из алюминиевых банок разорвало изнутри. Завизжала девчонка, одна бабулька бухнулась в обморок, уронив корзину с покупками, а я лишился дара речи. Только Ленка, как ни в чем не бывало, прошла к кассе и начала выкладывать продукты на ленту транспортера.

— Ну ты даешь! — Я встал за Лаврентьевой и стал помогать вытаскивать из тележки покупки. — Это правда сделала ты?

— А от чего, думаешь, банка взорвалась?

— Ну, газы расширились, наверное.

— А от чего они расширились?

Сердце екнуло. Не поверить такому невозможно.

Ленка едва заметно кивнула.

Кассирша проносила покупки мимо сканера, касса пикала, подсчитывая сумму, а я отчаянно завидовал Лаврентьевой. Вот бы и мне попасть в Таэрию и получить какую-нибудь экстрасенсорную способность!

— Сумма вашей покупки пять тысяч восемьсот двадцать три рубля четыре копейки, — скороговоркой выпалила кассирша.

Ленка рассчиталась, и я помог ей рассовать продукты по пакетам. И только в тот момент обратил внимание на покупки: три десятка яиц, пять килограммов говядины, три кило картошки и куча всякой мелочи вроде фруктов, лука-порея, бульонных кубиков и приправ.

— И как ты собиралась все это нести? — спросил я и взял пакеты.

— Тебя хотела попросить помочь.

Я качнул головой и рассмеялся.

— Ладно, провожу тебя до дома, а ты рассказывай о своих похождениях.

Ленка обрадовалась приобретению в моем лице благодарного слушателя и всю дорогу трещала, рассказывая, как хорошо в сказочной стране. Ее рассказу я сразу поверил, она говорила о таких вещах, о которых я никогда не подумал бы спросить: от государственного устройства монархии до строения меча. Ну какая нормальная первокурсница экономфака знает, что у меча есть гарда?

Когда мы подошли к ее дому, я так заслушался, что забыл о тяжелых сумках. И было отчего: в Таэрии Ленка не только дралась огненными шарами с магом, но и познакомилась с драконом, убила настоящего вампира и побывала в королевском дворце, где произвела впечатление на принца, который тут же сделал ей предложение руки, сердца и половины царства в придачу, из-за чего король-отец едва не получил сердечный приступ.

— Зайдешь? — невинно спросила Лаврентьева.

— Конечно, — ответил я и открыл перед девушкой дверь подъезда.

В другой момент времени в ее предложении я без труда уловил бы сексуальный подтекст, но сейчас я не мог думать ни о чем, кроме как о взорвавшейся банке Колы и далекой волшебной стране. Разумеется, я не верил в волшебство и предпочитал объяснять явления с научной точки зрения. В меру собственных знаний, конечно. Но история с Таэрией ни под какие разумные определения не подходила.