Мой любимый герцог

Герцог напрочь забыл о зимнем карнавале в Гайд-парке. Судя по всему, весь народ в едином порыве выехал из дому пораньше в надежде занять лучшие места, чтобы потом приятно провести вечер с семьей и друзьями. Нельзя сказать, чтобы Рат сегодня переживал из-за такой толчеи. Чем дольше они будут добираться от конторы поверенного до дома мисс Фаст, тем больше у него будет времени на изучение газет.

Перелистывая страницы, Рат снова и снова получал одну и ту же информацию. Мистер Уильям Бакленд – светило науки. В разное время был священником, геологом, собирал окаменелости. Недавно его избрали членом Королевского общества. Это было немалое достижение. Рат был уверен, что своей репутацией и известностью в избранной сфере деятельности он обязан тому, что вхож к принцу, а значит, имеет доступ к финансовой поддержке. Внимание Рата привлек и тот факт, что этот человек холостяк.

Жизнь мистера Герберта Уэнтфилда совсем другая история. И это было странно.

Рат вообще не понял, почему мисс Фаст захотела узнать побольше именно об этих людях. С какой стати ее заинтересовала увлеченность мистера Бакленда копанием в земле в научных целях, чтобы доказать те или иные исторические факты, или в поисках всевозможных костей и окаменелостей? Почему ей надо знать, какие исследования он проводил и какие почести за это получил?

Рат опустил газеты на колени. Неужели она рассчитывает заполучить одного из них в мужья? Мысль ему не понравилась.

Если она желает именно этого, то чем думала, посылая ему записку с просьбой собрать всю возможную информацию о мистере Бакленде и мистере Уэнтфилде? Неужели она считает опекуна своим личным секретарем, который станет содействовать ей во всем, что касается выбора мужа?

Он усмехнулся. Именно в этом и состоит его обязанность. Но ведь она должна понимать, что Бакленд слишком стар для нее: ему уже небось под восемьдесят… – но уж за шестьдесят точно. Любопытно, откуда она узнала о никому не известном Уэнтфилде. Даже поверенный Рата не смог получить никакой информации о нем.

Поначалу Рат не отреагировал на ее необычную и щекотливую просьбу, но, в конце концов, ответственность за нее и любопытство одержали верх. Несколько дней он читал и перечитывал ее записку, и все-таки дал поручение поверенному собрать всю доступную информацию: все газетные статьи о самом Бакленде и те, которые написал он сам. Потом ему пришлось просмотреть чертовски много корреспонденции – надо было убедиться, что там нет ничего непозволительного для юной леди. Он не мог допустить, чтобы ей на глаза попалось что-то непристойное. К примеру, о его собственной жизни невинной юной леди уж точно читать недопустимо.