Мой (не)уязвимый Монстр (СИ)

Его убили, как раз в тот момент, когда я вместе с Адолиром покидал Клиссар.

— Сверхновая, Шон, куда же ты влез… — потрясённо прошептала я. — Зачем ты вообще согласился лететь с ними?

— Затем, что я один из них.

Конечно, в глубине души я его понимала. Он должен был выяснить, кто он такой.

— Друг, — тут же добавил Шон. — Он до последнего был предан моему отцу. Встретив меня на Тэлоне, он вернулся на Ксенор-7 и сразу же доложил ему об этом. Отец поручил вернуть меня на планету, но поговорить мы так и не успели. Ещё на подлёте к планете Адолир ввёл меня в курс дела, а для обучения языку и традициям приставил ко мне свою дочь.

— Да, Алеана З’арокс его старшая дочь.

Упоминание этой девушки вызвало раздражение.

— Мне безразлично, чья она дочь. Сейчас я пытаюсь понять, что здесь происходит.

— Понимаешь, Лили, ксенотари очень сильная раса. В этой галактике мы что-то вроде атлторцев. Вроде бы и друзья, но только император седьмой планеты решает, что и как делать всем остальным. Наше влияние велико. И сейчас на планете ведётся борьба за власть со всеми вытекающими последствиями, включая придворные интриги и коварство врагов.

На его лице промелькнула лёгкая улыбка.

— Что? — не поняла я.

— Ты приняла мою сторону, даже не вникнув в детали. И я совершенно не хотел втягивать тебя во всё это. Но без тебя мне не справиться. Наш враг — это мой родной дядя Зукул Д’арак.

— О… — многозначительно протянула я.

— Только доказательств у меня нет. Есть подозрения и предположения. Мы с Адолиром думаем, что много лет назад Зукул приказал убить меня и мою мать. В убийстве он обвинил таларцев. Тристан Д’арак очень любил свою жену. Дядя думал, что смерть любимой женщины и сына сломает его, и он отречётся от престола в его пользу. Но Тристан нашёл утешение в мести. Он развязал войну с таларцами и не успокоился, пока не поработил их и не загнал в пустынные земли.

Какое-то мгновение я просто потрясённо смотрела на него.

— Лили, наконец-то ты здесь. Представить себе не можешь, как я скучал. Ты снилась мне каждую ночь.

Шон был совершенно мокрым. Капли воды стекали с его волос на широкие плечи, мускулистую грудь.

— Я тоже скучала, — прошептала я.

А в следующий момент он притянул меня к себе и впился в губы поцелуем. Одна его ладонь легла на мой затылок, а вторая крепко прижимала к себе, держа за талию. Его губы властно и уверенно сминали мои в поцелуе и были обжигающе горячими.

— Лили… — выдохнул он.

А я воспользовалась моментом и спросила:

— У тебя точно ничего нет с этой девушкой?

— Конечно, нет. Алеана помогла мне освоиться здесь. За два прошедших года она стала мне хорошим другом, но не более.

У меня словно камень упал с души. Я облегчённо выдохнула и сама потянулась к его губам. Шон ответил мгновенно. Его поцелуи буквально обрушились на меня.