Моя красавица

Проиграть или выиграть. Это больше не занимало его. Ему не нужны были деньги, и ему не нужны были Коловски. Он больше не знал, чего хочет.

Он выиграл. Словно издалека до него доносились поздравления. Алекси обернулся к, возможно, самой красивой женщине на планете и тут же оказался в ее объятиях. Он поцеловал ее, желая почувствовать жар ее совершенного тела, надеясь разорвать охватившее его оцепенение.

Он, наконец, вернулся! Наверху для него и его спутницы был приготовлен шикарный номер. Его ждала ночь, полная наслаждения. Но…

Он стал на пятьдесят миллионов богаче, но не чувствовал радости, держал в объятиях прекрасную женщину и не ощущал возбуждения. Он ничего не чувствовал к ней.

Но его тело знало лучше его, что нужно делать, оно никогда не подводило его, исправно поддерживая репутацию плейбоя. Он увидел победную улыбку на ее губах: видимо, она почувствовала, как напряглась его плоть, и решила, что он пленен ее красотой.

Господи, как же ее зовут?

— Прости, я отойду на минуту.

Войдя в уборную, Алекси включил воду и тщательно вымыл руки и лицо, поднял голову и встретился взглядом со своим отражением в зеркале.

Черные блестящие волосы уложены — проверил.

Темно-серые глаза без красных прожилок на белках — проверил.

Мягкая кожа без намека на щетину — проверил.

Костюм от модного дизайнера — проверил.

Глава Дома мод Коловски.

В его голове было воспоминание, картина, намек на что-то очень важное, но он не мог дотянуться до него, оно постоянно ускользало. Алекси прижался к лбом к холодному стеклу зеркала. Почему, почему он не может вспомнить? Он знал, что нужно срочно что-то делать, но не помнил, что именно.

Он глубоко вздохнул и вышел в зал, поймав взглядом изящную фигурку. Бренди — вот как ее зовут. Подходящее имя для этой легкой, игривой, пьянящей девушки. Вместо того чтобы войти в зал, он свернул в коридор, ведущий на кухню, прошел мимо возмущенных поваров, вместо того чтобы ответить на звонок своей спутницы, набрал номер водителя и велел доставить Бренди домой, или в отель, или куда ей придет в голову.

— Прикажете ей что-нибудь передать? — озадаченно спросил он.

— Нет, — ответил Алекси и отключил телефон.

Сам он вышел на улицу и поймал такси.

Алекси долго молчал.

— В аэропорт, — наконец ответил он.

Они выехали на знакомую ему автомагистраль. Он помнил это место, он проезжал здесь в день аварии, несся в аэропорт так, словно за ним гнался сам дьявол, но не помнил почему.

— Отвезите меня назад в город.

Водитель начал спорить, но быстро передумал, услышав шелест банкнот.

— Просто продолжайте ехать.

И они ехали. Час, два, три — они продолжали колесить по городу.

— Налево, — неожиданно сказал Алекси. — Сразу после светофора направо, потом еще раз на перекрестке.