Молчание матерей

Кто-то ошибся квартирой, решила Элена, но пошла проверить: это давало ей время взять себя в руки.

– Рентеро? Да, конечно, заходи.

Удивленная, она повернулась к Сарате: что понадобилось начальнику оперативного управления в столь поздний час?

– Не хочу, чтобы он меня видел, – пробормотал Анхель, скрываясь в спальне.

Элена открыла дверь. Шаги комиссара, поднимавшегося по старой лестнице, гулко отдавались в ночной тишине.

– Поздновато для визитов, тебе не кажется?

Он прошел в гостиную и, не извинившись и даже не поздоровавшись, сказал:

– Я требую, чтобы ты забрала мою племянницу из бригады Вильяверде. Немедленно. Это приказ.

– Есть какие-то конкретные причины?

– Я считаю, что она в опасности. Мне не нравится, какой оборот принимает это дело.

Он вздохнул, опустился в кресло, обвел взглядом горы папок и бумаг, но ничего не добавил. Элена стояла перед ним с мрачным видом.

– Что тебе известно, Рентеро? Я ничего тебе не рассказывала. Рейес докладывает тебе напрямую? Или полицейские из Отдела?

– На что ты намекаешь?

– Ни на что. Просто не понимаю, откуда тебе известно, какой оборот принимает дело. Ты знаешь, что мы ищем проститутку по имени Дели. Возможно, у нее есть доказательства того, что полицейский из бригады Вильяверде убил человека.

– А как ты думаешь, что они сделают с моей племянницей, если узнают, что она передавала вам информацию?

– Рейес – отличный полицейский, думаю, это у нее в крови. – Лесть Элены не произвела никакого эффекта. – У нас есть убитый журналист и обвиняемая в его убийстве проститутка, которую выпустили из тюрьмы. Я уже не говорю об Эскартине и ферме, где держали суррогатных матерей. В этом уравнении слишком много неизвестных. Я не могу допустить, чтобы Рейес просто ушла из Отдела, бросив расследование на полпути. Если бы задание Эскартина не было таким секретным, возможно, мне не пришлось бы идти на такие меры. Очевидно, он составлял отчеты и кому-то их отправлял…

– Мы тысячу раз натыкались на подобные препятствия, – начал оправдываться комиссар.

– Кто может так засекретить все отчеты о работе полицейского под прикрытием? Кто отпустил на свободу проститутку, обвиненную в убийстве? Кто бы это ни был, ясно, что пост он занимает высокий. Ты не идиот, Рентеро, ты тоже это понимаешь.

Лицо Рентеро посерело, он вдруг разом постарел.

– Я не хочу, чтобы Рейес убили. – Теперь в его голосе звучала мольба. – Мы уже многих потеряли. Да, я знаю, полицейский должен быть смелым, должен идти на риск, но еще он должен чувствовать грань между смелостью и безрассудством. Я видел, как люди погибали, потому что вовремя не вышли из игры: Гильермо Эскартин или… да хоть отец Сарате… Он погиб, потому что стоял у кого-то на пути…

– Я был там, Элена, я все это пережил и знаю, о чем говорю.