Мы из Кронштадта. Встреча.

То, что они вместе с живыми вместе и не агрессивны – удивило очень сильно. Электрик признался неохотно, что обмочил штаны, когда увидел такое рядом с собой. И я его вполне понимаю. Просто помню свои чувства рядом с Мутабором и Блондинкой находясь. А они еще и смену воспитали. И каких-то таких же сумасшедших нашли на манер нашей дикой команды. Даже еще более сумасшедших – мы-то с подстраховкой работали. У меня от воспоминаний аж ладони вспотели, словно в них опять пультики лежат.

Но естественно ничего такого вслух мы не говорим. Говорит электрик.

Он еще больше удивился, когда понял – мертвяки эти речь разумеют. Ну кроме той, которая на четырех лапах и на пантеру безволосую похожа. Хотя по его мнению – просто хитрила та, чисто по-женски. Прикидывалась дурой. Команды огромного в каске – выполняла безо всяких.

Охрана ожидаемо спасовала. Повязали без лишнего шума всех – никто и не пикнул. Пленные первое время хорохорились, угрожали. Требовали гуманного обращения и прочих соблюдений всяких прав человеков. На что мокрые пришельцы – те, которые были живыми людьми, только хмуро посмеялись.

А потом один из них – с такой же коричневой мордой, но явно рыжий, просто и наглядно, ловко орудуя небольшим ножиком, снял у самой изобретательной в садистских штучках капрала-бельгийки, всю кожу с головы – вместе с волосами. А она даже орать не могла – после пары точных уколов лезвием в шею только и сипела. Явно парень был опытным резаком – точно ей связки порезал голосовые.

Так-то она была страшненькая внешне, но когда осталась ободранной то выглядела куда более жутко – открывая немо рот, противно голый, с торчащими черепоподобно зубами из-за срезанных щек и вращая глазами без век.

И остальные храбрые воины из блока начали блевать от ужаса, плохо понимая, что их теперь будут держать тут на манер живого щита. Паре особо веселых садистов перерезали ахилловы сухожилия на ногах и выкололи по одному глазу – причем делалось это без всякой радости и шуточек, очень по-деловому, словно выполняя нудную работу. Электрик говорил, что очень большой контраст был с тем, как мясничили своих жертв сами охранники – они-то удовольствие от мук получали видимое, их от власти над чужими жизнями перло не по-детски.

Начальник караульной смены сломался первым. И отлично все по радио отработал. Разве что чуточку заикаясь. Прибывших на двух БТР подсменков скрутили еще быстрее. Только один успел выстрелить, водитель бронемашины, да и то мимо. Прыгнувший в машину зубастый подросток от пули увернулся, а стрелявшему просто сломал кисть руки, провернув ее по оси сильно дальше, чем можно – оборота на два.