Мы из Кронштадта. Встреча.

Костей валяется много, но все старое, пара недель точно прошли.

Командование десантом приказывает возвращаться на корабль. Спрашиваю у майора – насчет Блонды и покойника из кайтселит. Тот запрашивает корабли. Минутное молчание. Потом оттуда отвечают, что решение остается на командующих ротой и вспомогательной группой.

Впрочем через пару минут идет уточнение – морф упокоен?

Кто-то предусмотрительный спохватился.

Ответ отрицательный, естественно. Кудахтанья мне не слышно, но определенно на нашем корабле – матке маленький переполох. Мореманы категорически не хотят наличия на своем корыте неупокоенного морфа.

Тем более такого, о котором легенды ходят. И не сказать, что добрые – один из сожранных Блондой – как раз морячок. И походу если и не из команды, то во всяком случае хорошо известный клешникам. А это уже чревато. Даже череповато. Тогда удалось вроде дело замять, но полной секретности добиться не удалось, про дрессированную кошку и ударную группу морфов люди заговорили после Ропши, там слишком много публики оказалась в курсе дела, да в общем не особенно и скрывалось, что ушла пара таких зверюшек со свитой, предупредить мы были обязаны. А сопоставить одно с другим – не слишком и хлопотно. Да и деятельность Некролаборатории сильно не все одобряют, полагаю, как и тогда, когда в Чумном форту изучали ту еще заразу и делали вакцину.

Майор задумчиво смотрит на комроты. Тот отвечает таким же взглядом. Тащить с собой поломанную морфушу обоим определенно не охота. Совершенно не тот трофей, который хочется прибрать к рукам. Как бы еще и руки не откусила! Мало того, что блондинка и женщина изначально, так еще и в виде умертвия.

Тройная опасность! Невзорвавшуюся бомбу таскать безопаснее.

- Насколько нам интересно получить этот экземпляр в лабораторию? – спрашивает Брысь. У меня четкое ощущение, что вопрос этот не для меня – мое мнение он и так знает, а вот комроты десанта – нет.

- Ну, тут, как говорится – лучше уж знакомый демон…

- Лирика хороша в беседах с грудастыми девами – режет мне крылья начальник.

- Принято. У нас нет данных, как общаются морфы, как организуют навалы из сонных и как приказывают шустерам. Эта морфиня как-то ухитрялась не нападать на своих живых.

Понимает ли она речь – неясно, но электрик уверен, что понимает. Также представляет интерес регенерация этих существ, но это в последнюю очередь. Самое главное – осенью с холодами ожидаются очередные навалы, а мы пока понятия не имеем – как они организуются. Мне самому рядом с ней тошно, но образец, бесспорно ценный.

- Яйцеголовые… Она людей жрала! – брезгливо и громко говорит командир морпехов.

Брысь пожимает плечами и напоминает, что «язык» всегда враг. Ан приходится его беречь.