Мы из Кронштадта. Встреча.

Перековка уголовника в строителя коммунизма и прочие правовые и санитарные нормы. Макаренко, версия два. Мы его вылечим, а он тебя кокнет. Кто ему ногу-то повредил? – вернулся в свою привычную роль Макс.

- Я подстрелил. После того, как они с Балдахином по мне… - тут Витя решил, что не стоит раскрывать карты – промазали. Сам же почувствовал, что прозвучало как-то… Ну нелепо. И никак его самого не красит. Глупо смотрится как ни глянь.

- Знаешь, надо тебя действительно мечом по горбу раза три протянуть, был у нас тут где-то меч – задумчиво-мечтательно сказал оппонент из Анклава.

- Это еще зачем? – обиделся Витя. Ничего не понял, но явно старались обидеть.

- В рыцари посвятить. Благородный рыцарь ВиктОр Баярдский, спаситель несчастных и милосердец ушибленных. Ты там дуэлировать натеял? С этими ублюдками? Серьезно? И сейчас хочешь пролечить падших? Рукой потрогай над шапкой – нет ли там нимба? Вещь удобная, особенно вечером, светится, знаешь ли, фонарик не нужен. Правда сильно демаскирует.

- А что, мне их надо было бы пристрелить сразу по приезде?

- Знаешь, свежее решение и очень практичное - живо и мечтательно ответил Макс. (Один из пулеметчиков похлопал в ладошки одобрительно, да и второй улыбнулся этак - мечтательно).

- Считать это приказом, сэр? – разозлился Витя. Со стороны его действия и впрямь самому показались глупыми. Но не докладывать же про холостые патроны, ловлю на живца и засаду с Калганом… Хотя почему нет – Калган своего же завалил, хоть и не наглухо.

- Если б я мог тебе приказывать! – мечтательно протянул Макс.

- То тогда что? – подначил Виктор, выплеснув свою злобу на пару комаров, которые поторопились выразить себя и были тут же прихлопнуты.

- О, тогда и тебе бы жилось куда спокойнее и вкуснее, да и мне было бы проще. Но ты же свободная личность, бунтарь и нонконформист, борец с системой. Народов идеал – Свобода Золотая и всякое такое. Потому, разумеется – следующей группе мне придется растолковывать на месячном курсе семинаров, что им нельзя не только свинок кушать, но и жителей деревни убивать и калечить, тебя, обожаемого, любить и холить, зоотехника вашего почитать, блюсти толерантность и гендерное равноправие всех 56 полов и так далее. И под подпись, да.

- Дельно. А то эти выкидыши всех курей порешили – отбрил Макса барон, про себя отметив, что бабку Милю почтили званием зоотехник. Помнят, значит. И бабка это засекла.

- Черт, еще и это. Вообще не осталось? Ни одной?

- Что-то ты нерешительно заявил – подловил анклавовец. Глянул выжидательно.

- Так поломали все, что не убили, то разбежалось и надеюсь может что и живое еще. Если уж на то пошло – зла она на вас сильно, прошлые бандиты и то поумнее оказались. У нее эти курицы вместо семьи были.

- Подумаем.