Начало (Я есмь)

Мне бы АКМ, тогда поговорили бы по душам, ну или на худой конец Макарова, с ним тоже обучен обращаться, а холодное оружие это для подростков – пырнуть кого-то в драке и убежать. Я вытащил меч, посмотрел на него, и показалась странной кромка лезвия, она немного светилась, но пальцем трогать не стал, потому что знал,только идиоты проверяют остроту оружия своими конечностями, обычно они у них быстро кончаются.

– Ну все, девчонки, – сказал я. – Скажем спасибо этому дому и пойдем к другому?

– У тебя есть здесь дом? – девушка ивр недоуменно захлопала своими прозрачными веками: ничего так –прикольно.

– Откуда?

– Скажи –спасибо и пошли отсюда, – фыркнула Вика. –Ох уж эти мне дети искина, все понимают буквально. Нет у него здесь дома и это не дом, а корабль, просто у нас существует такая поговорка. Люди так говорят, в этом есть свой смысл. Двинулись? Извини, начальник, как-то само скомандовалось.

Я укоризненно покачал головой, сделал минутную паузу и буркнул.

-Двинулись! Дара –передовое охранение, Вика –защита тыла, а я мозг в центре.

– Мозг? –фыркнула девушка. –Да ты мозжечок и сморчок!

Девушка ивр шагнула в коридор, я за ней, Вика за мной.

А пусть издевается. Я думаю, это скоро пройдет. Жизнь – штука сложная, когда она устроена просто, женщины правят миром, как появляются первые сложности, то они сразу отходят в сторону, отдавая первенство мужчинам. Это как в армии, пока нет войны, у власти находятся одни генералы, обычно их называют паркетными. То есть генералы, получившие звания не за боевые или другие воинские заслуги, а за счет умелой карьеры в бюрократическом аппарате военного и других ведомств – обычно в этих конторах уложены паркетные полы.

Лизоблюды и прохиндеи, подлецы и мерзавцы с гибким позвоночником. А когда начинается война, то они такое начинают творить, что нормальному человеку становится невозможно понять. В любой войне первые большие потери от таких генералов, потом их постепенно всех уберут, поставят других, обстрелянных, которые придут с самого низа, и тогда победа становится реальностью. Но стоит отгреметь победным фанфарам, как боевых генералов быстро оттирают от власти, и у руля снова становятся мастера паркета.

Так было всегда и так будет еще долго.

Мы вышли из звездолета. Вокруг росла в пояс зеленая одуряюще пахнущая трава, а я уже и забыл, что такое запахи. На станции и в корабле запахов обычно нет, витает некий привкус антисептики и все, а тут как нахлынуло, что я даже какое-то время боялся дышать, насколько густым и наполненным оказался воздух. Такой же шок испытала Вика, она отошла в сторону, чтобы я не видел ее потрясенное лицо, и присела у посадочных ног кузнечика.