Начало (Я есмь)

Что значит, все? А то и значит, что больше ничего не происходило. День сурка. С утра кубик и вечером кубик, а весь день только пялишься на проходящих инопланетян, которых я для себя стал называть малышами. Ну, а какие они еще? Пацаны и пацаны, только темные, и явно не славянского происхождения. С водой проблем не

было, в этот шкафчик пустой стакан ставишь, через пять минут открываешь, он опять полный. Пей сколько хочешь, как и в душ ходи каждые пять минут. А что по-своему удобно, одежду сбросил, зашел, тебя вонючим паром обдало, высушило и снова ты как огурчик, дезинфекцией воняешь. Кстати, за девушками было приятно наблюдать, они понятное дело первые дни прикрывали какие-то значимые для себя части тела, а потом бросили. И действительно – в чем смысл? Ей даже слова никто сказать не может, да и не самцы мы, а так… невинно осужденные, или рабы, это уже кому как нравится. Ну, явно не олигархи, и не охранники, а значит, пустое место

Дни шли, впрочем, деление на дни было чисто условным: свет никогда не отключался, часов нет, время отмеряет только шкафчик с хафчиком, открывающийся через определенное время. Какое? А хрен его знает! Может через восемь часов, может через шесть.

Сколько я провел в своей камере дней? Честно скажу – не знаю. Дни не считал, на стене палочки не нарисуешь, она мягкая, да и нечем. Если судить по внутренним ощущениям, то неделю летели, может на пару дней больше.

А потом все внезапно кончилось. Корабль куда-то приземлился или, что гораздо вероятнее, пристал к космической станции – тут не разберешь, но качнуло знатно. А дальше нас из камер выпустили в коридор, и опять никто к нам не подошел, просто напором горячего воздуха, погнали вперед, как по трубе. И ведь побежали, да еще как! Воздух то горячий! Кому охота свариться заживо? Дураков не нашлось, кстати, девушки первыми неслись, ну и понятное дело за ними все самцы. Даже не знаю почему, они так бежали, думаю, испугались группового изнасилования. А что? Вон сколько мужиков держали взаперти без женщин, да еще на калорийной пище. Я, правда, бежал среди последних, потому что ученый жизнью. Бьют всегда первых и последних, а серединку не трогают, поэтому середняком быть выгодно, да и видно больше. Герои впереди, трусы позади, а в середине умники, так у нас принято…

И выгнали нас горячим воздухом в большой круглый холл метров сто диаметром, двери закрылись и оказались мы в одной большой общей камере. Высотой холл был метров тридцать, начиная с высоты десяти метров, его опоясывали балконы, по высоте они шли через каждые три метра, на них стояли инопланетяне и внимательно нас рассматривали.