Надежда рода

В благодарность прошу дать клятву о неразглашении. Это защитит моих близких и тех, за кого я в ответе. Если вам некуда идти, предлагаю дом и защиту в обмен на вассальную клятву.

– Сменить господина на госпожу? – зло процедил парнишка. – Нет, никогда больше не стану рабом.

– Не горячись, Платон, – седовласый сжал плечо молодого мага, – вассал – это не раб, а преданный соратник, готовый прийти на помощь по первому зову. Сюзерен тоже связан клятвой и обязан защищать вассала, соблюдать его интересы. Умение создавать порталы слишком редкий дар, чтобы тебя оставили в покое.

Не лучше ли выбрать сильного союзника, для которого слова «честь и благородство» – не пустой звук? Понимаю, в тебе говорит боль потери, но ты выжил и обязан жить дальше, чтобы род не угас, а жертвы не были напрасными.

– И что, я должен подчиняться этой пигалице? – фыркнул презрительно. – Мала еще, чтобы командовать.

– Мала? – хмыкнул старик, – а фраза «последняя из рода» тебе ни о чем не говорит? Представь, каким могуществом надо обладать, чтобы уничтожить древний род? А в одночасье потерять все, что было дорого? Ты, здоровый лоб, я – мы все попались в ловушку темников и стали рабами Юшина лишь бы спасти близких.

Пока ты мечтал о свободе в довольстве и роскоши, эта девочка выживала и сражалась. Это она расправилась с бандой, облапошившей немало простаков вроде тебя. Она подчинила бандитов, разведала, где логово, и не побоялась заявиться сюда, чтобы спасти твою шкуру. Вот, когда совершишь поступок, достойный уважения, тогда и судить будешь.

– Мы с внуком согласны принести клятву, Нина Константиновна, – отчитав парнишку, уважительно ответил седовласый. – Ладушка, что скажешь? – обратился к девочке, обладательнице стихии воды.

– Ты и дальше будешь сражаться с темниками? – уточнила Лада.

– Буду, – кивнула, – только подрасту и наберусь сил. Нам повезло выжить сегодня и победить. До сих пор не верится, что все закончилось.

– Не закончилось, – прохрипела Лада, хватаясь за горло и заваливаясь в снег.

Я в ужасе обернулась, разглядев летящий багровый шар, а чуть поодаль потрепанного и живого мага.

– Нет! – щит полыхнул, принимая удар, но за мгновение до этого мелькнула тень, закрывая собой от смертельной опасности.

Я упала навзничь, придавленная телом Еремея, завозилась в попытке выбраться. Кровь мужчины, щедро окропившая снег, багровыми змеями принялась опутывать щит, заключая его в кокон. Боковым зрением заметила, как упал на колени старик, придавленный чужой волей, и в агонии забился внук. Платон шатающейся походкой направился ко мне, протянул руки, чтобы пробить щит, используя дар портальщика.

– Молодец, Тошка! – похвалил довольный маг, когда парень сомкнул ладони на шее. – Придуши немного, только не до смерти.