Напиши обо мне роман

Словно ласкала его — хоть и неосознанно. Но меня все больше и больше волновал неровный край браслета, в который я упиралась в финале каждого движения. Их было много — этих браслетов.

Плотная кожаная косичка со стальным замком, каменные бусины с уходящими в темную глубину разводами, тонкие ниточки — красная, белая, оранжевая. Довольно толстая золотая цепь и рядом плетеный из дешевого бисера широкий браслет, серебряное полукружье с надписью на арабском, сборная змейка из светящегося изнутри янтаря с вырезанными на нем знаками.

Браслеты охватывали его запястье широкой лентой без зазоров, иногда один поверх другого. И где-то под ними пряталась еще одна тайна, я чувствовала это, хоть и сама не понимала, как.

— Расскажи мне… — попросила я, обводя кончиками пальцев арабскую вязь на серебре. — Откуда у тебя столько фенечек? Ты их коллекционируешь?

— Хм. — Роман, спохватившись, прихлопнул мои пальцы на своем запястье, поймав их в ловушку.

Но любопытство в кулаке не удержишь.

— Это какая-то новая мода у богатых и знаменитых? — подсказала я ему вариант.

Не зверь же я совсем. Пусть соврет, если не хочет говорить.

— Нет, это личная… коллекция.

Его рука так и осталась на моих пальцах, накрывая их и едва заметно поглаживая, как только что делала это я сама.

Момент был такой… искренний, что ли, какие редко случаются даже у самых близких людей, проживших много лет вместе. Наверное, от сроков такие вещи не зависят. Они или случаются — или нет.

— Очень разнокалиберная коллекция, — хмыкнула я.

Роман гладил костяшки моих пальцев, я гладила бусины на браслете из янтаря. Такая странная делегированная ласка.

— Потому что это не коллекция браслетов, это коллекция… — он запнулся, подыскивая слово. — Зароков?.. Не знаю, как еще назвать.

— Ты что-то обещаешь и в знак этого надеваешь браслет?

— Нет. Наоборот. Я что-то прошу. И пока я хочу, чтобы оно оставалось со мной, я ношу браслет.

Мои пальцы перебирали один за другим — серебряный, золотой, каменный, стальной, шнурок с деревянными бусинами, нити…

Почему-то я остановилась на плетеной из простого мулине фенечке. Как раз такой, что была в той истории, которую я вспомнила в ресторане в нашу первую встречу. Которая завязывается прямо на руке и снять ее невозможно. Судя по выцветшим истертым нитям, ей было очень много лет, но носили ее очень аккуратно, а растрепанные хвосты были подшиты более яркими нитками.

У каждого книжного героя должно быть сокровище, тайна, недостаток и цель. Не думаю, что у зеленоглазого миллионера Романа Витта были какие-то проблемы с сокровищами и целями. Да и недостатков наверняка имелось в избытке.

Под моими пальцами.