Нарисованный принц

Менеджер интересовался, как мне удалось так быстро все сделать, но я лишь загадочно улыбалась. Не рассказывать же ему все нюансы компьютерных программ и бессонные ночи, проведенные за работой. Оговорив некоторые детали, я вернулась к Алексу. Парень разговаривал с Мэттом и, будто светился от счастья и гордости за мою работу.

   Так потекли трудовые будни - Алекс постепенно перевез немного вещей ко мне, хотя о полном переезде мы не говорили. С каждым днем я старалась привить Алексу доверие. Иногда уставшая и замученная я едва не прыгала от радости, когда заставляла его рассказать о себе. Он открывался мне постепенно - шаг за шагом, слово за словом, но и это уже было большущим прорывом. Я боролась. Боролась за нас двоих, видя, что он не только не хочет, а еще хуже, что боится. Каждый вечер я ждала, что он больше не придет, что ему надоест. Надоест копаться в себе, надоест моя еда и мой дом, надоест быть со мной и захочется чего-то нового. А этот жуткий вечер все не наступал. А я боялась поверить во все это, но верила... Верила и продолжала ждать....

   Я все сильнее и сильнее привязывалась к нему. Утро без наших завтраков и пробуждений казалось невозможным. Между нами устанавливалась хрупкая нить доверия, что связывала даже вопреки нашим желаниям.

   Неумолимо близилось время отъезда Алекса на долгих четыре месяца, а я все пыталась оттянуть эту дату. Каждый день Алекс пропадал на репетициях, а меня шеф нагрузил заказами, но все же мы находили время, чтоб побыть вдвоем, радуясь каждой минуте.

   - Я попытаюсь вырваться хоть на день, когда будет перерыв между концертами! - прошептал Алекс мне на ухо, когда мы стояли, обнявшись в аэропорту.

   - Я буду ждать! - шептала я между поцелуями, хотя понимала, что гастрольный график насколько плотный, что не позволит ему этого сделать и даже звонки будут огромной роскошью.

   - А поехали со мной! - Алекс сделал в очередной раз попытку уговорить меня.

   - Ты же знаешь, что я не могу вот так просто бросить работу. Я дождусь! - пообещала я, а Алекс поцеловал меня, теснее прижав к себе. Я наслаждалась каждым прикосновением любимого, но безразличный голос диктора объявил, что регистрация на рейс заканчивается. Алекс последний раз сжал меня в объятиях, а я прошептала: 'Люблю тебя!' и, развернувшись, ушла, чтоб не растягивать прощание. Ведь я понимала, что еще минута, и я не смогу его отпустить. Впереди у меня долгие месяцы ожидания, но это будет светлое ожидание чего-то хорошего, ведь я буду ждать возвращение любимого человека!

   Дни шли мучительно медленно - спасалась я исключительно благодаря работе и радовалась, что шеф щедрый на заказы. А ночами ко мне часто приходило "Одиночество" на пару с "Бессонницей".