Насекомые и волшебники, или Фотосессия

— Добрый вечер, монсеньор, — кивнула Анна. — Я тоже хочу посмотреть.

— Идемте к Лодовико.

В комнатах Лодовико они прошли через гостиную в кабинет, где, видимо, тот и занимался обработкой отснятых материалов. Большой монитор, фототехника на полке, и много-много фотографий по стенам. Элоиза завертела головой, пытаясь рассмотреть, но Себастьен потянул её к монитору, у которого сидел хозяин, а через плечо ему заглядывал Карло.

— Добрый вечер, донна Элоиза, — кивнул ей Лодовико. — Как ваши дела?

— Всё отлично, спасибо. И, кстати, спасибо за вчерашний вечер, — она улыбнулась им всем.

— Донна Эла, сделать что-нибудь для вас — уже само по себе удовольствие, — улыбнулся Карло и поцеловал ей руку.

Элоиза же обняла и расцеловала сначала его, а потом и Лодовико. Карло вытаращил глаза от изумления, а Лодовико вдруг улыбнулся и расцеловал её в ответ.

— Ладно, смотрите, я тут десяток выбрал, остальное потом.

Что? Это — она? Эти полуоткрытые губы, эта волна волос — её? Эта сила в каждом движении и этот слегка безумный взгляд — тоже её? Себастьена она, прямо сказать, видит со стороны, а себя-то — нет!

На трёх фотографиях они были вместе. Целовались только на одной из них, а на двух других даже не касались друг друга, на одной вообще смотрели в разные стороны, но…

Конечно же, любой, кто увидит хоть один из этих кадров, ни на минуту не усомнится в том, что они любовники.

— Дон Лодовико, вы волшебник. Но это нельзя никому показывать! Вообще. Совсем. Никогда.

— Донна Элоиза, как скажете. На самом деле, большинство кадров не столь откровенны. Просто я их еще не обрабатывал.

— Поверю вам, и будем ждать остальных.

— Мы и не торопим, — сказал Себастьен. — А сейчас давайте пить за художника и за его прекрасную модель.

6.15 О несомненной пользе люстр во время неприятных разговоров

Третья неделя. Понедельник

Утром за завтраком встретилась только Анна, а в телефоне сначала появилось сообщение с разными эмоциональными и ласковыми словами, а потом следом — информация о том, что её ждут в десять часов в кабинете кардинала.

Она уже вышла из обеденной залы и отправилась к себе, когда из-за угла навстречу ей вывернул Лоренцо Куарта.

— Доброе утро, госпожа де Шатийон!

— Доброе утро, господин Куарта.

— Мне снова повезло! Я повстречал вас утром, значит, весь мой день будет удачным, — улыбнулся он.

— Рада за вас, — иронически произнесла она.

— Тогда к делу, — он вдруг мгновенно стал серьёзным. — Будьте сегодня осторожны, пожалуйста.

— Почему это? — подняла она бровь.

— Потому что в мире есть неприятные люди, которые вас очень не любят, — ответил он.

— Это для меня не новость, поверьте.