Насекомые и волшебники, или Фотосессия

6.16 Вечер непростого дня

Всё ещё понедельник третьей недели

Кто-то вошел в приёмную. Даже много кто, судя по шагам.

— Черт возьми, что здесь происходит?

— Тут кто-то валяется! — это Гаэтано.

— Пусть валяется, это идиот Бальди, — а это Карло.

— Посветите телефонами!

— Ну ни черта же! Тут разгром полный!

После этого вопроса настала тишина.

Ох, Себастьену надо отозваться.

— Я здесь. Под столом. Всё в порядке, правда.

— Да ну? — он шагнул в кабинет, светя себе телефоном. — Если это нынче называется порядком, то я бегемот. Карло, Гаэтано, тут еще валяется Джильи, — названный застонал, видимо, его потрогали, — и Тортора, — пятнышко света бегало по полу и освещало то часть тела, то часть люстры. — Заберите их, что ли.

Видимо, приказ выполнили, потому что были слышны веселые ругательства и шум передвигаемых тел. Элоиза пошарила рукой вокруг себя, нашла провод от настольной лампы. Пошевелила выключателем — а вдруг? Оказалось — вдруг, лампа включилась и осветила часть стола и пол.

— Монсеньор, оба живы! — доложил Гаэтано.

— Сдайте их Бруно, у него собирается неплохая коллекция. Сердце моё, скажите что-нибудь, пожалуйста. Я вас не вижу и вообще не понимаю, где вы.

— Говорю же — под столом, — проговорила Элоиза. Последний удар совершенно лишил её сил. — Здесь еще кресло, и то, что осталось от монитора. Кажется.

Шаги, затем кресло отодвинулось, а потом под стол нырнула рука. Восхитительная рука с фамильным перстнем, не перепутаешь. Она схватилась за эту руку, как утопающий, и, опираясь на неё, выбралась наружу.

Рука мгновенно притянула её к телу. Объятие, как и последовавший за ним поцелуй, получилось скорее тревожно-страстным, чем ласковым, но голова кружиться перестала.

— Говорю же — всё в порядке, — прошептала она.

— Пришли, стали предъявлять претензии и угрожать. Камеры должны были всё писать в деталях, можно будет посмотреть. Они, надеюсь, сохранились?

— Одна вон висит, — Себастьен поводил лучом телефонного фонарика по стене, там на тонком проводе и в самом деле висела сметённая с потолка камера. — Вторая рассыпалась на месте. Вы что здесь взорвали, сердце моё? У вас есть тайное оружие массового поражения? — он рассмеялся, от облегчения, надо полагать, что с ней всё хорошо, и что остальные тоже живы.

Она рассмеялась и уткнулась носом ему в сорочку. Они обсудят это. Наверное. Потом. Без свидетелей. Кстати!

— Здесь был еще дон Скорпионе.

— Ну, Лоренцо Куарта. Это он уложил Бальди, и он пытался меня защитить, только я не понимаю, почему. И, кстати, он предупреждал меня утром, чтобы я была осторожнее. Что у меня есть недоброжелатели, и пусть меня посторожит служба безопасности.

— Почему я узнаю об этом только сейчас, стоя посреди поля битвы?

— Я забыла, честно говоря.