Неверные

Во-вторых, как ни парадоксально прозвучит, но Натан Тавриди в плане отношений с противоположным полом был консервативен до неприличия.

Он не приветствовал инициативу от дам, не любил навязчивости. Предпочитал сам выбирать и действовать дальше.

Не терпел ветрености. Недавно пришел к выводу, что и к разводам относится скептически. Сегодня люблю, завтра не люблю. Поэтому если жениться и выходить замуж, то один раз и на всю жизнь.

Отчасти поэтому Натан и не спешил с выбором, хотя родители, особенно матушка, уже даже не намекали, а открыто говорили, что хотят внуков. Периодически мать сватала ему невест. Отец посмеивался.

За тридцать два года Натан много чего видел в плане отношений и секса. Много что пробовал, кроме однополой любви. Постоянно делал выводы. Он не ставил цель найти себе жену прямо здесь и сейчас. Считал, что успеется. Придет и его время.

Приехав на Кипр, он и не думал заводить романов. Даже курортных. Минус приморских городов в том, что тут много обнаженности, устоять очень сложно. Каждый день видя полуголых девиц, невольно начинаешь заводиться.

Почему бы и не развлечься?

Так думал Натан ровно до того момента, пока не увидел Дану.

Девочку с печальными глазами, на дне которых плескалась тайна. Она звала и манила. Притягивала настолько сильно, что справиться с наваждением не представлялось возможным. Натан и не сопротивлялся. Ему нравилось то, что с ним происходит. Как бурлят эмоции внутри, накрывая жаждой и яростной потребностью в прикосновениях.

Ее кожа была идеальной. Нежной, слегка красноватой от солнца. Иногда Дана ерзала на шезлонге, пытаясь устроиться поудобнее или спрятаться от палящих лучей.

– Ты не используешь защиту, Дан, – лениво заметил Натан, продолжив наблюдать за ней.

Дана вызывающе громко фыркнула.

– Даже не мечтай, Натан.

– Не понимаю о чем ты. – Его губы расплылись в довольной улыбке. – Сгоришь же, дурочка. Потом хуже будет.

Прошла секунда, вторая. Натан прищурился. Если она сейчас не достанет защиту, он сделает это насильно! Противостоять шуточно можно. Это заводит. Но и переходить в крайности не стоит.

Дана все же присела на шезлонге и свесила ноги, после чего потянулась за своей пляжной сумкой.

Натан тоже поднялся. В нем просыпался хищник. Медленно, но верно. От некого предчувствия, гуляющего по крови, напряглись мышцы. Он почувствовал, как у него раздулись крылья носа и дернулся кадык. Внутренний градус повышался, и Натан не мог понять, с чем это связано.

Неужели Дана настолько ему зашла, что при одном взгляде на нее в голове появляется тягучий туман и все остальное отходит на дальний план? Его ни грамма не смущало, что она, скорее всего, гражданка другой страны. Все решаемо.