Назад в СССР 2 (СИ)

Нельзя проповедовать правдивость и одновременно лгать на каждом шагу, призывать к скромности и быть воплощением алчности. Куда не плюнь — одни Солдатенки вокруг.

Я не ожидал такой откровенности от генерала.

— И все повязаны. А кого шлют работать на важные посты за границу и говорить не желаю.

— Что делать товарищ генерал? Как быть чтобы избежать худшей участи?

— К следующей войне готовиться. Мы уже не доживем до нее. И слава Богу.

— Почему слава Богу?

— Не хочу я видеть, как купят страну за джинсы и жвачки, а по всему выходит, что ее купят. Когда люди нажрутся джинсами и жвачками и поймут, что это всё муть. Вот тогда и будет новая война.

Он помолчал. Я понял, что он больше не хочет говорить о будущем. Мне не хотелось огорчать этого старика и рассказывать ему, что я точно знаю, что он во многом прав.

— Товарищ генерал я фотографии принес. Возможно, помогут в расследовании с Солдатенко и его бандой. Посмотрите.

Генерал взял очки и полистал. Я рассказал ему про Витю-Музыканта и катушку, которую мне заменили.

— Про Солдатенко фотографии нам не интересны, забери. У нас свои есть. А вот эти оставь, — он указал на фото с поменяной пленки, — передам в управление, проверят по картотеке.

— Хорошо. А разрешите обратиться товарищ генерал?

— Как давно, вы в конторе, — он строго и недовольно зыркнул, в мою сторону, — простите, в комитете знали, что я с Солдатенко не в ладах? И знали ли вы про историю с моим отцом?

Генерал снял очки потер глаза. Он рассказал, только то, что посчитал нужным, не ответив на все мои вопросы.

Оказывается, что в последние две недели за нами постоянно следили и прикрывали.

Мы фактически почти одновременно с гбшниками вычислили местонахождение Баранова.

Солдатенко был давно на крючке у комитета, и наше расследование развивалось параллельно.

Сначала нас не трогали, и установили негласное наблюдение, чтобы выяснить причастны ли мы к его схемам.

Когда разобрались, что мы с ним в конфликте, решили посмотреть, как будет себя вести Солдатенко по отношению ко мне, страхуя и оберегая меня.

Нам не дали поучаствовать в аресте Баранова даже в качестве понятых. У него в квартире нашли все вывезенные сумки с деньгами.

Он, действительно оказался немым, для его допроса привлекали сурдопереводчиков.

Баранов довольно быстро раскололся и стал давать показания на Солдатенко. Сумма конфискованного была настолько значительна, что расследованием заинтересовался Сафонов, Генеральный Прокурор Союза.

Баранов решил не темнить — в такой ситуации себе дороже, и стал давать показания на второй день.

Правда, он сообщил, что он просто выполнил просьбу вывезти деньги, потому что зависел от зампреда горисполкома, как от работодателя.