Невестка слепого барона (СИ)

Вы можете по-прежнему меня звать Клэр, – я взяла слабую сухую руку с холодными пальцами и начала ласково растирать, пытаясь хоть немного согреть её. Он все еще был бледен, так как потерял достаточно много крови и именно поэтому мерз.

Некоторое время мы сидели у огня молча и слушали, как потрескивают поленья. Пальцы его стали теплее, и я взялась массировать другую руку. Я ожидала, что через некоторое время мы сядем за стол, я разолью чай, и мы спокойно поговорим. Но барон разорвал возникшую тишину самой неожиданной фразой, которую я даже не сразу поняла.

— Думаю, Рудольф не был моим сыном.

— Что, простите?! – в первое мгновение я решила, что мне послышалось.

— Я думаю, Клэр, что баронет Рудольф не был моим сыном.

Я машинально растирала пальцы на руке барона, стараясь это делать максимально аккуратно, так как именно в это плечо он и получил стрелу. Помассировав еще несколько мгновений, застыла и растерянно глянула ему в глаза. Я совершенно не понимала, к чему это было сказано. Рудольф, слава Богу, давно уже мертв. Зачем бы барону ворошить прошлое, раз он терпел баронета столько времени? Я не знала, о чем расспрашивать, и не понимала, что нужно ответить.

Зато мой бывший свекор как будто взбодрился после того, как вывалил на меня свою тайну. Он облегченно вздохнул, удобнее устроился в кресле и достаточно уверенным голосом спросил:

— Скажи, Клэр, к нападению на нас каким-то образом причастен барон фон Трокер?

Каких-то четких мыслей в голове у меня так и не появилось, зато сама собой возник вопрос: «Доверяю ли я барону? Он, конечно, жизнью поломан… но ведь ни разу за все время старик не обидел меня и даже по-своему заботился.

Слуг никогда не притеснял. Пусть он и слаб, но в нем нет злобы, подлости и ненависти, а это иногда важнее, чем сила. Пожалуй, барон — один из немногих людей, кому я могу доверять.».

Я снова аккуратно взяла раненую руку барона и, методично массируя пальцы и кисть, чтобы они наконец-то согрелись, спокойно рассказала ему все, что знала сама. Все, что выяснил капрал Прессон у сидящих в тюрьме разбойников, и все, до чего мы додумались совместно.

Барон слушал очень внимательно, время от времени согласно кивая, как будто я подтверждала своим рассказом какие-то его мысли.

Когда я замолчала, он еще раз кивнул и заговорил:

— Примерно что-то такое я и надумал, пока ваша прекрасная госпожа Краузе лечила меня. Дай Бог здоровья этой заботливой женщине. Мне кажется, что первые двое суток она даже не ложилась спать. Когда бы я ни приходил в сознание, она все время была рядом. А вот потом, когда мне стало немного легче, у меня появилось огромное количество времени для того, чтобы понять, как все произошло.