Не гореть!

— Если заявится — скажи, — Денис повернул к ней голову. — Проведу разъяснительную беседу.

— Первый раз не получается отшить парня, который не нравится… ну, в том смысле, в каком он хочет нравиться. Беда. А прямо сказать — как-то жалко.

— Ну я скажу, — негромко проговорил Басаргин, и неожиданно его лицо оказалось очень близко от лица Оли. Мгновение он видел ее огромные, неземные глаза, а уже в следующее настойчиво и жадно прижимался ртом к ее терпким от вина губам. Те чуть шевельнулись в ответ, и она негромко выдохнула от неожиданности и от накатившего волной тепла, которое было сильнее того, что текло по венам после алкоголя. Сердце ее заколотилось под горлом. Громко-громко. Он должен слышать. Конечно, слышит.

Олины руки взметнулись вверх, будто она собиралась обнять его за шею. И от этого движения пришла в себя. Те же самые ладони уперлись в его плечи, и она, прикладывая усилия, стала его отталкивать, отворачивая голову.

— Ты чего? — спросил Денис, перехватив одну ее ладонь.

— А ты чего? — севшим голосом спросила Оля.

— Захотелось тебя поцеловать.

— Лучше бы тебе не хотелось, — она завозилась под ним, пытаясь выбраться, но с учетом ноги выходило скверно. Не выдержала и сказала лишь вначале дрогнувшим голосом: — Тебе других девок мало, решил всех окучить, включая диспетчерскую?

Басаргин завис на некоторое время, пытаясь осмыслить полученную информацию. Отпустил ее руку и выдал в космос:

— Кажется, ты головой тоже ударилась.

— А как еще это понимать?

— А по-человечески — не?.. Или у тебя все, как из прошлого века? Могу у твоего отца попросить разрешения ухаживать за его дочерью, — улыбнулся Дэн.

Оля на мгновение застыла, слишком живо представив себе Басаргина и Бориса Васильевича за подобным разговором. Отец оценил бы. Интересно, тогда, восемь лет назад, с Дианой — тоже оценил бы? Тогда, восемь лет назад…

Внутри, там, где тарабанило о ребра сердце, резко заклокотало, забулькало что-то черное, злое, ищущее выхода.

— Лучше б ты у Пирогова разрешения попросил, прежде чем его Ингу трахать! — выпалила Оля.

— Чё? — успел выдохнуть Денис до того, как у него отвисла челюсть. — Сама поняла, чего сказала?

— Денис Басаргин и оскорбленная невинность? Или память короткая? Вот у полкана, хоть и возраст, а все с памятью хорошо.

— Оль, ты сейчас серьезно? — спросил он негромко, внимательно глядя ей в глаза.

— Шутки — это по твоей части.

— Ну спасибо тебе! — рявкнул Дэн.

— Пожалуйста, — Оля все-таки выкатилась из-под него. Резко села, поморщилась от боли и подхватила с земли кружку с остатками вина, одним махом его прикончив. Потом повернулась к Денису и выдала завершающим актом комедии: — Если бы ты для начала озадачился расспросить меня, уже бы знал, что у меня парень есть.